Говорить о том, что зверя замучили в лаборатории Ордена до смерти, язык не поворачивался.
— Папа мою Шаю тоже подобрал. Маленьким тощим щенком, которого пришлось лечить очень долго.
— Странно… Исходя из того, что я знаю, Симуран без матери выжить не мог. Разве что… — он замолчал, перебирая мысли.
— Пятая стихия. Мне не известна вся ее сила. Возможно именно она подпитывала Шаю.
— Нет. Двадцать четыре часа, помнишь? — Ойр выпрямился, доставая из кармана артефакт, — но потом, возможно ты сможешь попытаться помочь этому котенку.
Алесана с улыбкой протянула руку, подставляя запястье. Ойр во второй раз застегнул на нем браслет, едва коснувшись нежной кожи. Ее пальцы дрогнули и тут же исчезли за спиной. Взгляд метнулся вверх, к его глазам. Ойр почти физически почувствовал нарастающее напряжение, грозящее вот-вот пустить искры. Нужно было срочно отправить эту девушку назад в академию и подумать о складывающейся проблеме в одиночестве. Но вместо этого, с губ слетели слова:
— Ты не хотела бы прогуляться по набережной? Вечер сегодня теплый, осенний Тир-Линн очень красив.
Ну и какого, Тьма тебя раздери, Лешего? Откуда на языке подобные предложения? Да и к кому? Девочке, буквально взятой под крыло, которой обещал помочь. Кроме того, его студентке. Нужно было пресекать не известно откуда взятые чувства на корню. Он ничего не мог предложить им, кроме неизбежного в конечном итоге краха.
Ойр собрался пойти на попятную, вспомнив «важные» дела, о которых вдруг забыл, но Алесана не позволила воплотить план в жизнь. Ослепительно улыбнувшись, словно выбила воздух у него из легких словами:
— С удовольствием! Если честно, я совсем не знаю города.
Что ж, сам виноват. Тем не менее, в груди потеплело, словно происходящее было исключительно правильным течением событий и по-другому сегодняшний вечер сложиться просто не мог.
— Ну, тогда, как твой декан, я обязан исправить подобное недоразумение.
Набережная, до которой можно добраться от его дома буквально за десять минут была прекрасна. Березово-кленовая аллея, высаженная много лет назад практически на берегу моря, тянулась к серому небу яркими разнолистными ветвями, переговариваясь с ветром и периодически теряя позолоченную и багряную листву. Она, тихо кружась, опадала под ноги, сочетая свой танец с шелестом волн. Ойр часто задавал себе вопрос, кому пришло в голову завозить землю на мелкую морскую гальку, выстраивать основу для будущей аллеи в виде буквально нависающего над волнами моста и растягивать свое творение на несколько километров вдоль берега. Несомненно, сочетание леса и моря было волшебным и стоило потраченных сил. Здесь людный и оживленный Тир — Линн становился практически пустым, позволяя уединиться со своими мыслями и чувствами.