Начертание большой пятиконечной звезды, в центре которой они должны были встать, расстановкой и зажжением свечей у каждой ее вершины, прорисовыванием витиеватых знаков, тайный смысл которых был Алесане не известен.
Наконец, масло, которым была нарисована пентаграмма вспыхнуло огнем.
Тай протянул через него руку, приглашая Алесану пройти в самый центр. Больше не раздумывая о правильности своего решения, девушка вложила пальцы в широкую ладонь, перешагивая через красный огонь.
Глядя в глаза Темный проговорил длинную фразу на неизвестном языке. Практически не меняя интонации, без каких-либо кратких пауз и длительных остановок. Когда было произнесено последнее слово, пентаграмма загорелась зеленым, а в воздухе появился запах жженого дерева.
– Теперь самое важное, – Тай отпустил руку девушки, проводя лезвием ножа поперек своей правой ладони. Под ноги упали алые капли. – Теперь ты.
Алесана приняла оружие. Ей вдруг стало трудно дышать. Чернота глаз стоящего напротив человека, запах золы и крови, зеленые всполохи пламени вокруг – все было похоже на элементы ночного кошмара, в который она шагнула по доброй воле. Что она делает? Зачем? Минуту назад это было единственным решением ее проблем. Так почему же сейчас должно быть иначе?
Порывисто вдохнув, она зажмурилась и повторила за Таем. Ладонь опалилась острой болью, по коже лица защекотали слезы.
Руку перехватили и с силой сжали.
– Кровь от крови и в кровь вернется. Риг харум дагаж.
Алесана открыла глаза, успевая заметить полыхнувшее синим цветом пламя. Задрожав, оно резко исчезло, оставляя лишь удушливый запах и дым, поземкой лижущий выжженный рисунок.
Пару секунд ничего не происходило.
А затем, в груди Алесаны вспыхнул нестерпимый пожар.
Вжав в солнечное сплетение кулак, девушка рухнула на пол, с шумом вдыхая ртом воздух, который, казалось, еще больше разжигал кипящую лаву внутри ее вен.
Хотелось кричать, но из горла не исходило ни звука.
– Что с тобой?! – рядом присел Тай, пытаясь отлепить ее руки от груди. – Дай, я посмотрю!
Ему наконец удалось. Не заботясь об одежде, разорвал пуговицы лифа и замер. Из-под белой сорочки тянулись вверх черные нити вен. Они пульсировали и увеличивая скорость опутывали тело потерявшей сознание Алесаны.
Тай не успел даже подумать о том, что это может быть и как помочь в подобной ситуации. Паутина, оплетавшая девушку, прекратила движение. Начала медленно «угасать» теряя цвет, полностью растворяясь на светлой коже.