И направилась к выходу, тихо шелестя подолом голубого платья.
– Да? – обернулась, уже взявшись за ручку двери.
– Спасибо вам. Я еще плохо понимаю, что со мной случилось и то, о чем услышала не укладывается в голове… Но, если бы не вы, меня бы уже, наверное, не было в живых.
– Я ничего не смогла бы сделать, прибудь бы вы на пару часов позже.
Она слегка склонила голову и вышла в коридор. Практически сразу, в комнату шагнул Ойр. Алесана не двинулась с места, внимательно вглядываясь в выражение его лица. Последний разговор едва не обернулся ссорой, чего ожидать от него сейчас – даже не знала. Он имел полное право злиться, ругаться, кричать о ее глупости и недальновидности, главное, чтобы не молчал. Тишина в подобных ситуациях, главный признак разочарования.
– Как ты себя чувствуешь? – начал мягким, спокойным голосом без малейшего признака прошлого холода.
Приблизился, замирая у самого края, неотрывно смотря в глаза. Этот взгляд… Разливался горячими волнами от груди по всему телу. Стало жарко под простыней, и Алесана, откинула ее в сторону. Медленно поднялась прямо на кровати, пошатнувшись на мягком матраце и проделала несколько шагов к целителю. Остановилась напротив, глядя на него сверху вниз. Его лицо было так близко, что кожу щекотало дыхание.
– Хорошо, – прошептала, – я снова обязана тебе жизнью…
Теплые руки коснулись ее колен, скользнули вверх, медленно двигаясь по задней стороне бедер, слегка задевая ягодицы и останавливаясь на пояснице. Притянул к себе, крепко обнимая и утыкаясь носом в ложбинку между грудей. Тонкая ткань сорочки не спасала от жара этих прикосновений. А девушка и не хотела их избегать. Впервые где-то в глубине, внизу живота, отозвался колокольчик, задевающий каждую струнку в теле. На мгновение прикрыв глаза, Алесана поцеловала черноволосую макушку, обхватила ладонями лицо Ойра.
Он отстранился, поднимая взгляд. Расплавленное серебро казалось затягивающими в свои глубины омутами.
– Поцелуй меня… – просьба сорвалась с губ сама собой.
Сильные руки любимого приподняли с кровати. По наитию обхватила мужскую талию ногами и почувствовала мягкую поверхность матраца за спиной. Ойр уложил ее обратно на постель, замирая сверху, скользя взглядом по чертам лица, с каждой секундой своей близости разжигая в теле Алесаны не стихающий огонь.
Наконец, накрыл ее губы своими. Крепко прижал к себе, даря страстный, настойчивый поцелуй, зарождающий совершенно новые и незнакомые ощущения.
Ойр торопился в ректорский кабинет. Сердце бешено стучало, он едва мог справляться с эмоциями, охватившими его целиком, без остатка. Только что, подчиняясь чувствам, едва не наделал глупостей. Но, Тьма подери, как же трудно было устоять! В Алесане что-то изменилось.