Автор
В мире, где красота безмозглых существ нравится только сутулым специалисткам по Ницше, главный герой едва справляется со своими глупостями. Власть над обстоятельствами принадлежит лишь тем, кто смотрит на мир через чужие очки, склонные к вредности и старости, а не красоте плешивых котов....
И второй страшненький район, на юг от рынка. Там всегда жили наши хулиганы, со времён Петра. Район — клон Бомбея и Гарлема с поправкой на национальную неспособность русских вовремя остановиться. Коля рассказал, медсёстры специально просятся работать в поликлинике за рынком. Это хлебное место. Что ни день, перевязки ножевых ран и битых бутылками затылков. Здравомыслящие рижане туда не суются. Именно в этот уголок дружелюбия я отправился за знаниями.
Весть о посещении мною этой урбанистической клоаки взбудоражила всех.
И, конечно, Юля. Войдёт, сядет и смотрит. Она знакома с Марком Ильчиным. О чём-то они шептались в коридоре.
Марк устроил консилиум светлых сил. Прямо у меня в палате. Присутствовали: Коля, два охранника из «Белого Носорога», Паша и Роберт, сам Марк и зачем-то Василь Василич. Против него никто не возражал. Силы Добра постановили: я собираюсь вломиться к Яблокову. Хорошо бы мне помочь, потому что сам я бестолковый. Меня при этом не спросили и даже внимания не обращают. Я забинтован как мумия, не могу встать с койки. Только слышу, пленум плетёт кружева моей судьбы. Думают, например, кому из ментов звонить, когда меня повяжут.
Марк уверяет, одного меня пускать нельзя. Нужна группа поддержки. В сопровождении роты пьяных гусар я бы выглядел внушительней. Гусары бы приковали Яблокова к батарее и спросили, где он прячет юных дев. Марк Андреевич решил, что пошлёт со мной Пашу и Роберта. Этот Роберт, между прочим, два метра в холке и столько же в ширину, по-моему.
Я спросил сквозь повязку, интересно ли уважаемому собранию моё мнение. Вообще-то я не собирался никуда вламываться. Они обернулись, удивились. «Бредит», — сказал Коля.
Они думали я сплю. Сказали, мне сейчас размышлять, во-первых, нельзя, а во-вторых, нечем. Так сильно я ранен в голову. Штурм через неделю, не следует волноваться. Нужно спать и выздоравливать. Потому что тащить меня в бой на носилках — дураков нет.
