Автор
Встреча с новой версией СЭДа настигает Алию в самый неподходящий момент. Удача улыбнулась ей совсем недавно, но теперь она сидит перед обнажённой клавиатурой, пытаясь предотвратить очередное грубое оплошество. Кровь стекает по буквам, словно живой символ накатающейся от страха и ответственности алая волну....
А мне нужно довести дело до конца. Прямо сейчас. Я кричу об этом."
"Стучу головой о каменный пол и кричу. А вот и влага – липкая кровь крупными каплями струится по лицу, и от каждого удара головы о плитку её становится всё больше. Кровь повсюду. Тёмная густая жидкость, избавившись от которой, я наконец добьюсь желаемого.
А я кричу, понимая, что сделал. Я только что убил свою жизнь, свою Алю.
Перед глазами вспышки и пятна. Откуда-то издалека доносится испуганное: «У него рецидив», а затем «Кто-нибудь, хватайте его!», «Дайте успокоительное!», «Помогите, у парня острый психоз, срочно!»
Но это всё где-то вдалеке, а я в своём собственном аду.
* * *Не хочется уходить из палаты. А затем, спустя полчаса, невыносимым кажется возвращение с прогулки.
За металлическим забором психиатрической клиники, в которой меня пытаются заставить захотеть жить в течение последних недель, не теплее, чем на её территории. И бледное, затянутое серыми облаками солнце светит одинаково, и грязный подтаявший снег под ногами скрипит ничуть не лучше.
Отец оказался более значимой шишкой, чем я мог предположить. Место моё, как верно заметила Алина мама, в тюрьме или на электрическом стуле, но никак не на койке в углу небольшой палаты на три человека, где я неподвижно сижу, поджав ноги, дни напролёт.
Почему они ведут себя так, словно Али никогда не было? Улыбаются.
