Автор
Блестящий психиатр Олег потерял всё: карьеру, репутацию, место в обществе. Теперь он пациент своих бывших коллег. Встреча с Алей становится точкой перелома. Смогут ли двое людей, живущих на грани отчаяния, найти опору друг в друге и вернуться к полноценной жизни?
Сажусь рядом, вырываю из её рук садистское орудие, убираю в косметичку, которую небрежно бросаю на пол, обнимаю Алю за плечи. Она дёргается, вырывается, отодвигается на полметра, но не уходит. Улыбаюсь, вновь пододвигаюсь. Она снова отсаживается. И так раз пять, пока мы не оказываемся на краю дивана, и ей бежать некуда.
Я трусь колючим подбородком о её шею.
– Прости меня, – шепчу, нацеловывая плечо через пижаму.
– За что ты извиняешься? – говорит строго.
Попал. За что я извиняюсь?
– За то, что я такой дурак, – выкручиваюсь я, как могу, морща лоб.
– Не проходит, – дёргает она плечом. – Конкретнее.
– Какая же ты у меня смешная, Боже ты мой. – Мне надоедают эти игры, я хватаю её в охапку и усаживаю к себе на колени.
Аля презрительно хмыкает, делает вид, что ей это не нравится, но не уходит.
– Я смешная? – как бы возмущается она. – Олег… Олежка Николаевич, – шипит, – попрошу вас не забывать, у кого из нас должность выше и работа ответственнее. – Она отворачивается, не давая целовать в щёку.
Что ж, куда могу дотянуться – целую шею и чувствую, как попадаю на те самые точки. Улыбаюсь.
– Такая дурочка, – говорю, – маленькая обидчивая дурочка. – Шепчу на ухо: – Кто таких дурочек только в директора берёт?
Аля возмущается, начинает вырываться, но я сильнее, держу крепко, поворачиваю лицо к себе, целую в губы. Прижимается, сама целует, обнимает.
Какая же глупенькая, Боже мой.
– А ещё врёшь, что старше меня, – смеюсь я. – Судя по поведению, тебе не больше пяти лет, – продолжаю смеяться, но она уже не обижается.
– Тебе она нравится? – спрашивает.
– Кто? – не понимаю я.
Кажется, секс всё-таки будет, по крайней мере, мои руки уже ласкают напряжённые соски, и меня никто не отталкивает.
– Эта шлюшка из бухгалтерии, – отвечает Аля обиженно.
– Как тебе только компанию доверили, глупышка. – Я целую её. – Прекраснейшая женщина из всех, кого я только видел, позволяет прикасаться к ней, зачем мне кто-то ещё?
Либо я полный кретин, либо она действительно меня ревнует.
* * *Утром её подушка снова испачкана кровью.
Лучше кого бы то ни было в этом мире понимаю, что я не врач и никогда в жизни больше не смогу быть врачом, но, несмотря на это, я веду пациента уже несколько месяцев. Самого сложного, важного и ответственного пациента в своей жизни – мою Алечку."
"«Свежие продукты» заказали нашей фирме ещё один модуль, поэтому долгожданного прекращения отношений с Верой Анатольевной и Дмитрием, к моему огромнейшему сожалению, не случилось.
