Девушка неожиданно попадает в мир магии и встречает загадочного профессора. Между ними возникает странное притяжение, но чувства осложняются тайнами и проклятиями. Ей предстоит разобраться в подлинности своих эмоций и найти путь в запутанном лабиринте любви и магических опасностей.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Девушка неожиданно попадает в мир магии и встречает загадочного профессора. Между ними возникает странное притяжение, но чувства осложняются тайнами и проклятиями. Ей предстоит разобраться в подлинности своих эмоций и найти путь в запутанном лабиринте любви и магических опасностей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мария Павловна Лунёва Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Девушка неожиданно попадает в мир магии и встречает загадочного профессора. Между ними возникает странное притяжение, но чувства осложняются тайнами и проклятиями. Ей предстоит разобраться в подлинности своих эмоций и найти путь в запутанном лабиринте любви и магических опасностей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
От такого разговора аппетит у меня разыгрался не на шутку. Схватив вилку, подцепила кусочек котлеты и отправила в рот.
– Не переживай, вечером все выясним, – подбодрил меня змей и тоже принялся за обед.
* * *«В черной-пречерной комнате на черном-пречерном полу сидели с черной-пречерной книгой въедливый наг в черной юбке и бедная вроде как ведьма, то есть я», – примерно так виделась мне картинка со стороны.
Вроде и комично, но ночь и давящая на мозги тишина к смеху не располагали.
Скатали коврик, стулья придвинули к стене, освободив пространство между кроватями. Уселись друг напротив друга и решили, что ритуалу быть!
Ну, как решили…
– Яни, что мы вообще делаем? – Нервно вытерла ладони о старенькие домашние джинсы. – Может, ну его? Потом как-нибудь, а сейчас спать пойдем. Завтра четыре лекции…
– Не будь трухлей, Алька! Ведьма ты или погулять вышла?
Змей, прикусив от напряжения нижнюю губу клыками, старательно переворачивал плотные серые странички, исчерченные странными письменами и рисунками.
– Ой, все! – насупилась я. – Сказано же: нет черных ведьм. А если и остался кто, при чем здесь я?
– Да не бойся. Это простой обряд. Будем призывать твою магическую сущность. Ну в самом деле, взгляни на себя, чего там бояться?
Скептически поджала губы. Наивная душа… Смелый, значит! Сложив руки на груди, задрала нос кверху.
– А вдруг у меня такая сущность, что кое-кому мало не покажется?
– Насмешила, – отмахнулся наг. – В лучшем случае черный кролик или хомячок.
– Плохо ты меня, змееныш, изучил, – обиделась.
– Молчи и держи мел.
Ухмыльнувшись, он сунул мне в ладонь обыкновенный белый мелок. Покрутив его в руках, непонимающе уставилась на этого жреца вуду.
– Зачем?
– Рисуй, – рявкнул он нетерпеливо.
– Что?
– Портрет мой в полный рост! – Яни закатил очи к потолку. – Что ты тормозишь? Круг ритуальный черти, что же еще?
– Слушай, мамба шибко умная, тебе напомнить, кто я? Ты и правда полагаешь, что я полжизни только круги и калякала? Вот тебе мои художества.
Я начеркала на полу двух человечков по типу «палка, палка, огуречик» и между ними дорисовала солнышко с лучиками. Готова картина!
– Это что? – Наг подался вперед, разглядывая мой шедевр.
– Это, Яни, уровень моего художественного таланта. Больше ничего рисовать не умею.
– Ага, – он почесал затылок, – ну так срисовывай с книги.
– А раньше, болван эдакий, ты мне ее дать не мог? – вспылила.
– Что ты ругаешься? – Картинно надул щеки. – Я же помочь хочу!
– Да опыты ты на мне проводишь!
Забрав у него книгу, стерла рукой часть своих художеств и, ползая на четвереньках по полу, принялась чертить круг. Вписала в него пентаграмму. В центр – странную загибульку, похожую на какой-то знак зодиака. Яни дорисовал еще пять символов на пиках пятиконечной звезды.
