В зале ожидания родильного отделения наступает напряженная тишина. Мужчина хмыкнул по поводу слов соседки, но его взгляд уже отвернулся, увидев в женщине не просто бабушку. Когда Алевтина начала рожать - как будто только мыли посуды - все стало очевидно: женщины тоже могут быть родительницами....
Похоже, «Факультет бытовой магии» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Я ловлю тебя на слове, - сжав мои ладони, он второй рукой обхватил мой подбородок. -Теперь твоё ""нет"", Злата, я просто не услышу. Я дал тебе достаточно времени, чтобы одуматься. Ты не оттолкнула."
"Не давая мне ответить, он закрыл мой рот своим. Вкус этого мужчины, чуть солоноватый, сводил с ума. Его запах будоражил сознание. Казалось, во мне просыпается неведомая сила и рвётся наружу, сметая всё на своём пути. Открыв глаза, я вдруг поняла, что моя кожа объята золотым пламенем.
- Эрик! - я испугалась собственного вопля.
- Всё хорошо, Злата, - мужской прерывистый голос звучал так глухо и непривычно. Взглянув в его лицо, я вздрогнула.
Дракон! Его лоб, подбородок скулы покрывала тёмная мелкая чешуя. Глаза пылали, как раскалённое железо.
- Не бойся, любимая. Это всё ещё я.
- Моя кожа! Она горит.
- Кровь золотых драконов, - склонившись, он потёрся щекой о моё плечо, слегка царапая чешуйками кожу.
- Но пламя? Ты обожжёшься, Эрик.
- Я не чувствую его, как и ты не ощущаешь мою тьму, - обхватив моё лицо руками, он упёрся лбом в мой лоб.
- Я думала избранная, значит, любимая.
- Нет, - он смотрел в мои глаза, будто заглядывая в душу. - Избранная - эта та, что не чувствует твою магию. Та, с которой ты можешь чувствовать себя свободно. Быть собой. А любовь, она отдельно. Избранную хочет лишь тело, любимую - душа.
- А я? - мой голос дрожал.
- Любимая, Злата. И никак иначе.
Он снова нашёл мои губы. Каждый последующий поцелуй лишал меня воли. Язык сплетался с его языком, танцуя древний танец любви.
Я не знала, сколько прошло времени. Оно словно исчезло, оставив этот мир лишь для нас двоих. Я уносилась в чувственную бурю страсти, которую мы создавали.
Одну на двоих.
Цепляясь за плечи, стягивала с него рубашку, которая мешала мне. Ощутив гладкость его кожи, не утерпев, впилась в неё ноготками царапая. Ответом мне был глухой мужской стон. Это только раззадорило меня. Извиваясь под своим мужчиной, я помогала ему избавить меня от столь неуместной мешающей одежды.
Сорочка пала, исчезнув где-то на полу.
Оставшись обнажённой, тихо вздохнула. Смущение вернулось на несколько мгновений, заставив меня замереть.
- Твои волосы, - он поднял прядку разметавшихся на подушке локонов и поднёс их к лицу,
- они пахнут мёдом. Ты такая сладкая, Злата.
Навалившись на меня, Эрик качнул бёдрами. Что-то горячее и твёрдое упёрлось в мой живот. Его поцелуи стали более властными, голодными. Казалось, они жалили меня везде: шея, руки...
