Шаг за шагом шел Гаррет по темной улке, каждый его ритм подстраивался под тихий шепот ночи. Темнота была не просто фоном, а мощным противником, окутывая прохожих в клубах дыма от пустых бутылок и смертных мыслей. Гаррет чувствовал себя здесь как дома, будто каждый домой шел он уже сотни раз....
— Все мы уже успели заметить, что библиотечные книжки внезапно стали простыми блокнотиками в обложках! И все задаемся вопросом: какова причина?!"
"Магистры и ректорат как воды в рот набрали, технический персонал тоже отказывается об этом говорить. Но! Правду не скроешь, особенно когда за правдой много денег!
И вот что мне удалось узнать: полусферы Родега больше нет! Да-да, ваши глаза вас не обманывают! Вторая из трех удивительных библиотек сегодня ночью перестала существовать!!! К счастью для нас, ее не выжег изнутри буран огня, как первую, разрушив попутно и часть академии.
Исходя из этого факта, на экстренном утреннем заседании ректората версия диверсии практически не рассматривалась. Тем более, как известно, до сих пор уничтожить полусферу Родега было невозможно в принципе.
Интересно, ждет ли в ближайшем будущем подобное и последнюю из удивительных библиотек — библиотеку Бастиона Совета Содружества? Лично я уверен, что да! Вопрос лишь в том, как скоро? И какова судьба огромного количества книг, которые в ней хранятся?! Ведь до сих пор самым безопасном местом считалась именно эта библиотека, и именно в нее свозились все архивы Содружества миров!
Успеют ли хранители снять печать со всех этих книг и переместить их из библиотеки куда-то еще?! Или сотни тысяч бесценных и тайных знаний будут потеряны навсегда?!»
— Охренеть, дашш все побери! — пробормотал Алан.
— Да уж, — выдохнула я, испытывая двойственное чувство облегчения и стыда.
Мои надежды на то, что искать диверсанта не будут, подтвердились. И это хорошо. Но сколько сил сейчас будет брошено на перемещение книг из последней библиотеки!
«Если они узнают, что в этом виновата я, до тюремного проклятия уничтожения „лиловой твари“ я не доживу. Меня вперед библиотекари линчуют».
На этой «жизнеутверждающей» мысли дверь в аудиторию открылась. Магистр Брук все-таки пришла.
