Шаг за шагом шел Гаррет по темной улке, каждый его ритм подстраивался под тихий шепот ночи. Темнота была не просто фоном, а мощным противником, окутывая прохожих в клубах дыма от пустых бутылок и смертных мыслей. Гаррет чувствовал себя здесь как дома, будто каждый домой шел он уже сотни раз....
При попытке оплодотворения мага-дархата, опытные образцы просто наследовали родительскую ветку магии, а не проявляли свою. Так что селекцию пришлось проводить под строгим контролем и для вынашивания ребенка использовать обычных людей. Лишь так можно было обеспечить доминирование только одной, нужной нам линии. Поэтому нам пришлось искать максимально отдаленный, практически лишенный магии мир, чтобы ничто случайно не могло повлиять на твое взросление. Неудачных экспериментов было… много. Пока не появилась ты.
— Именно поэтому ты меня и убил, угу. За уникальность, — с нервным смешком заключила я.
— Наоборот. Чтобы ты эту уникальность проявила, — поправил Александр. — Так было надо, чтобы прошла окончательная трансформация. Смерть — самый сильный стресс для организма. Через смерть твоя эфирная оболочка должна была активировать магический резерв и достроить необходимые энергопотоки. После этого я, разумеется, тотчас обеспечил бы твою реанимацию.
Красиво. Логично. Но я уже помнила, как «дядя» умеет складно лгать, поэтому просто так сразу взять и поверить ему не могла.
— Если мой род такой древний, а я — его прямой потомок, почему я до сих пор человек, а не дархат?
— О, это как раз просто. Твоя эфирная оболочка подстраивается под окружение, чтобы не выделяться, — объяснил Александр. — Это что-то вроде защитного механизма. Мимикрия. Поскольку ты росла среди людей, а твоя мать — человек, то и выглядишь соответственно. Хотя резерв силы у тебя в реальности намного выше.
Удобное объяснение. Впрочем, как и все остальные. Что правда, а что выдумка — не разберешь. С другой стороны, на маньяка Александр и впрямь был не похож. И если хотя бы предположить, что он не лжет, то возникает самый интересный вопрос:
— И к какому же такому удивительному роду я, по-вашему, принадлежу?
И вот тут словоохотливость Александра дала сбой. Он немного помолчал и медленно произнес:
— Не уверен, что ты готова узнать об этом именно теперь.
