Пассажирская дорога возвращения юной принцессы Лиард оказалась куда более сложной и опасной, чем ожидалось. Приглядевшись к замку Грейвов за окном автобуса, Пепл не мог унять дрожь подозрений на личность его хозяйки. Откровенно скрытые факты и загадочные обещания пробуждали в нём страхи и неуверенность....
Тленник фыркнул.
– Забавно. И кто это был?
– Не знаю. – Я пожала плечами. – Этот тип скрыл лицо и изменил голос.
– Жа-аль, – протянул Айландир с таким видом, что я тоже пожалела, правда, вчерашнего гостя.
– А ты почему пришел? Что-то случилось?
– Случилось, – подтвердил тленник и неожиданно улыбнулся. – Нас, если помнишь, не вовремя прервали, и я уже вторую ночь думаю, что неплохо бы закончить начатое.
Ох!"
"Щеки вспыхнули жаром, а сердце застучало сильнее. Я и сама о том же думала! Правда, после новости о помолвке так на это и не решилась.
Зато Айландир подобными мыслями не страдал.
– Иди сюда, – выдохнул он, и горячие руки уверенно прижали к мужскому телу. Одна скользнула по спине, срывая тонкую ночную рубашку, а вторая зарылась в волосы, оттягивая голову назад. Лишь на миг я встретилась с почерневшим от желания взглядом тленника, а затем губы смял требовательный, голодный, почти болезненный поцелуй.
Поцелуй, о котором я запрещала себе думать в эти дни, но, одновременно, так хотела ощутить.
Обвив его шею руками, сама подалась вперед, желая ощутить близость каждой клеточкой тела, впитывая ее и распаляя мужчину в ответ.
– Соскучился… не могу нормально заснуть без тебя, детка.
Тихие, на грани слышимости, слова. Слова, заставляющие воспарить над землей и ощутить себя абсолютно счастливой.
Айландир пришел, потому что я ему нужна! Именно я, а не любая другая, которую он мог бы получить по щелчку пальцев.
Это значит, ему не все равно! Значит, мы…
«Ничего это не значит. Нет никаких “мы”. После окончания академии ты выйдешь замуж за Алана Камерано».
Чертов разговор с Александром вспыхнул в голове, словно окатив ведром ледяной воды. А следом всколыхнулась совесть. Чертова совесть!
Я – невеста. И чертово воспитание внутри меня говорит, что так нельзя.
И жар начал угасать.
– Айл…
– Да, детка? – хрипловатый, пробирающий до мурашек голос сквозь рваные поцелуи, покрывающие шею и опускающиеся ниже. Поцелуи, которых хотелось еще и еще, более жадных и откровенных. Но…
– Айл, я не могу.
Собрав последние остатки решимости, я уперлась ладонями в его грудь и отстранилась, тяжело дыша.
– Мм? – Меня наградили недоуменным взглядом.
