Пассажирская дорога возвращения юной принцессы Лиард оказалась куда более сложной и опасной, чем ожидалось. Приглядевшись к замку Грейвов за окном автобуса, Пепл не мог унять дрожь подозрений на личность его хозяйки. Откровенно скрытые факты и загадочные обещания пробуждали в нём страхи и неуверенность....
Вслед за этим меня вздернули вверх, заставляя встать на ноги и обернуться.
Голова от рывка закружилась. Чтобы не упасть, пришлось судорожно втянуть носом воздух и ухватиться за руку ненавистного жизнетворца. Однако едва бросив взгляд за его спину, я забыла обо всем, замерев от восхищения и какого-то странного внутреннего трепета.
Мы стояли перед огромным, в два моих роста зеркалом. Его вычурная рама была затянута инеем, а стекло, в котором отражались наши фигуры, покрыто тонкой корочкой льда.
Артефакт! Без сомнения! Именно такой, как описывал Александр!
– Оно? – нетерпеливо уточнил жизнетворец.
– Да, – благоговейно подтвердила я и, протянув руку, осторожно прикоснулась к зеркалу. Точнее, попыталась прикоснуться, поскольку пальцы неожиданно погрузилась в него, будто это была искусная голограмма.
Позади раздался изумленный возглас жизнетворца. Я и сама едва сдержалась, хотя именно такого результата и ожидала!
Что ж…
Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперед и прошла сквозь зеркало! А спустя миг уже во все глаза разглядывала место, где оказалась.
Я очутилась в зале, являвшимся практически полным отражением первого: таким же большим и круглым. Только здесь под купольным потолком горели магические светильники, позволяя разглядеть множество тянущихся вдоль стен полок, заставленных книгами. И, главное, расположенный в центре зала хрустальный постамент со здоровым толстым фолиантом, на котором мягко переливалась снежными искорками диадема из странного ртутно-зеркального металла.
– Ну вот, – тихо, сама до конца не веря в то, что все получилось, произнесла я. – Как и обещала.
Однако в ответ вдруг послышалась глухая ругань.
Я обернулась и увидела искаженное яростью лицо жизнетворца, который изо всех сил долбил кулаком в зеркало! Он не мог сюда пройти!
Осознание произошедшего пришло сразу. Он там, а я здесь! А это значит, я свободна! Свободна!
Или…
Увы.
Радость, едва вспыхнув, угасла.
Зал, в котором я находилась, не имел других выходов.
Поэтому единственно верное решение было принято мгновенно.
