— Ты слышала меня. Если бы ты не хотела, мы бы не поженились, — я пристально смотрю на нее, осмеливаясь отрицать это.
— Я ожидала, что все будет по-другому.
— Не знаю. Просто... по-другому.
Я вздыхаю. С этой женщиной никогда ничего не бывает простым.
— Я хотел бы знать, каково это — трахать свою жену, Скарлетт.
Она не вздрагивает от грубого заявления. Вообще не реагирует.
— Ты можешь получить это в другом месте.
— И ты тоже? — я добавляю эти последние слова просто для того, чтобы задеть ее. Увидеть ее сердитое выражение лица. Она более общительна, когда злится.
— Но это было мое дело после гала-концерта Резерфорда?
— А как насчет детей?
— Ты имеешь в виду наследников? — она усмехается. — Я не готова. Из-за журнала и новой линии одежды я даже не помню, что нужно есть. Я сейчас не могу справиться с ребенком.
Она смотрит на меня с явным подозрением из-за отсутствия у меня аргументов.
— Ты хочешь, чтобы я съехал? — спрашиваю я.
— Что? — Скарлетт выглядит искренне шокированной этим вопросом. — После того, как ты настоял на том, чтобы переехать со своими костюмами, которые заняли два шкафа, и наполнил холодильник пакетами с коровьим молоком?
Вторая претензия кажется более недовольной, чем первый, и я почти улыбаюсь. Филипп уже сообщил мне, что Скарлетт предпочитает растительное молоко животному и была недовольна тем, что у меня в холодильнике не оказалось такого.
— Я переехал туда, потому что мы женаты, Скарлетт. Если ты хочешь притвориться, что это не так, то все в порядке.
— Я знаю, что мы женаты. И выполняю свою часть сделки. Я не знаю, чего еще ты от меня хочешь.
— Очевидно, ничего из того, что ты готова дать.
— Секс. Верно, — она фыркает. — Ты такой мужлан.
— Да. Я хочу заняться с тобой сексом. Я также хочу знать, почему ты попросила меня поцеловать тебя перед нашей свадьбой. Почему ты сопротивляешься мне во всем. Я ни черта о тебе не знаю, Скарлетт.
— Ты знаешь то, что нужно.
— Иначе говоря то, что ты хочешь, чтобы я знал, — возражаю я.
Она вздыхает. Отводит взгляд. Перелистывает страницы своей книги.
Я моргаю. Что? Скарлетт пристально смотрит на меня. Я приподнимаю бровь.
— Это все, что ты хочешь знать обо мне?
Скарлетт делает еще один глоток из своего бокала.
Веселье недолго появляется на ее лице.
— Моя мать была поклонницей Маргарет Митчелл, — она переворачивает книгу рядом со мной, показывая выцветшую обложку «Унесенных ветром».
— Значит, тебя назвали в честь колкой девушки, безнадежно влюбленной в парня, который женился на кузине?
Она прищуривает глаза, но не раньше, чем я вижу, что она удивлена, что я читал книгу.
— Скарлетт сильная. Она умеет выживать. Она спасает себя снова и снова, никогда не признавая поражения и не полагаясь на спасителя.
— Это тебе подходит.