Для меня это новость: поездка в Париж и то, что Скарлетт рассказала родителям о своем новом деле, но я ничего не говорю.
Впервые с тех пор, как Скарлетт спустилась вниз, Хэнсон заговорил.
— Ты уверена, что это хорошая идея, Скарлетт?
Ее рука крепче сжимает вилку.
— Возможно, в настоящее время дела у журнала идут хорошо, но это не повод забегать вперед. Особенно теперь, когда ты замужем.
— Я не понимаю, какое отношение к этому имеет мой брак, — голос Скарлетт ледяной.
— Ты слишком умна, чтобы прикидываться дурочкой, милая, — тон Хэнсона снисходителен. — Ты знаешь, чего стоит ожидать.
Скарлетт накалывает еще одну клубнику.
— Спасибо за непрошеный совет, папа.
— Если ты не хочешь слушать меня, я надеюсь, ты послушаешь своего мужа. Эта договоренность заняла годы. Не уничтожай ее, чтобы поиграть в переодевание, — Хэнсон смотрит на меня. — Конечно, ты согласен, что это смешно.
— Если бы я думал, что это смешно, я бы не собирался ехать в Париж на следующей неделе, чтобы помочь, чем смогу.
Хэнсон слишком опытный бизнесмен, чтобы выказать какое-либо удивление. Но очевидно, что он ошеломлен, поскольку ничего не говорит. Что бы он ни собирался сказать, это явно больше не относится к делу.
— Как волнующе! — Джозефина встревает в разговор. — Надеюсь, что вы двое найдете время для осмотра достопримечательностей. Вы не были в свадебном путешествии.
— Я люблю осматривать достопримечательности, — на самом деле я не могу вспомнить, когда в последний раз ездил на экскурсию во время поездки. Мои международные поездки с «Кенсингтон Кансалдид» обычно состоят из времени, проведенного в отеле и в зале заседаний. Однако стоит сказать об этом, чтобы увидеть сомнительное выражение на лице Скарлетт. Я борюсь с желанием рассмеяться.
Пока мы со Скарлетт едим, Джозефина продолжает рассказывать о своих любимых местах в Париже. Хэнсон по-прежнему сосредоточен на своей газете. В конце концов Скарлетт извиняется, чтобы подняться наверх и переодеться. Я даю ей фору в несколько минут, а затем следую за ней.
Когда я вхожу в комнату, Скарлетт уже одета в розовый сарафан. Она поднимает взгляд, надевая пару туфель на танкетке.
— Я оставлю машину здесь, если ты захочешь съездить куда-то. Ключи на комоде.
Я засовываю руки в карманы, наблюдая, как она расправляет и разглаживает платье.
— Хорошо. Я мог бы повидаться с Эндрю.
—Хорошо, — вторит она. На ее лице читается некоторое любопытство. Я уверен, что она хочет снова спросить о том, что случилось с Кэмденом, но все, что она делает, это хватает свой телефон.
— Ты хочешь поехать домой, когда вернешься?
Наш первоначальный план состоял в том, чтобы провести здесь еще одну ночь, но я с радостью вернусь пораньше.
Облегчение омывает ее лицо.
Она оглядывает комнату, проверяя, все ли она взяла.