Дело не в том, что я не замечаю привлекательности Крю. Просто я разрываюсь на части. Предъявлять претензии равно признать его привлекательность, что сопряжено с риском. Как только я раскрою свои карты, то проиграю игру.
Несмотря на все внимание, которое он привлекает, я никогда не видела, чтобы он флиртовал с женщиной. Самое большее, он, кажется, позволяет женщинам флиртовать с ним.
Даже сейчас, когда две хорошенькие девушки чуть за двадцать пускают по нему слюни, он кажется незаинтересованным. Он улыбается, но улыбка не доходит до его глаз. Он не смотрит на них так, как только что смотрел на меня. Хотела бы я винить в этом счастливом чувстве тот факт, что я стою на вершине Эйфелевой башни в прекрасный летний день.
Я думаю, что это связано с ним.
Вместо того чтобы продолжать шпионить, я смотрю на город. Дует легкий ветерок, который немного смягчает летнюю жару, сдувая волосы с моего лица.
Я оглядываюсь и вижу, что Крю подзывает меня к себе. Я подхожу туда, где он стоит с двумя девушками. Ни одна из них, похоже, не в восторге от моего появления.
— Это Наташа и Блэр, — представляет он. — Они тоже из Нью-Йорка.
— Потрясающе, — фальшь в моем голосе можно было услышать даже из космоса.
Мне не нужно видеть улыбку Крю, я слышу это в его голосе.
— Наташа учится в Парсонсе, — он смотрит на более светлую из двух блондинок. — Скарлетт — главный редактор «Хай Кутюр», — в его голосе слышится безошибочная нотка гордости, которая разрушает мою нервную систему.
— О Боже мой! Правда? — внезапно Наташа и Блэр смотрят на меня с благоговением, а не с раздражением. — Я люблю «Хай». Я читаю каждый номер от корки до корки. Статьи, фотографии, дизайн. Все мои друзья одержимы им.
Каждый месяц я получаю номер журнала. Я оцениваю его успех по тому, сколько денег он зарабатывает и какие модели или актрисы хотят быть изображенны на обложке. Но я никогда не видела поклонения на чьем-то лице, когда они понимают, что я одобрила каждую страницу.
— Вы можете подписать? — Наташа достает из сумки потрепанный июльский номер и протягивает его мне вместе с ручкой.
— Эм, конечно, — я беру ручку и нацарапываю свою подпись чуть ниже жирного шрифта, гласящего «Хай Кутюр».
Наташа забирает журнал обратно, как будто это бесценное сокровище.
— Не мог бы кто-нибудь из вас сфотографировать нас? — спрашивает Крю, протягивая свой телефон.
Я удивлена, но стараюсь не показывать этого. Кроме наших свадебных фотографий, у нас нет ни одной совместной. Я не думала, что он захочет чего-нибудь такого.
Блэр берет телефон Крю, когда он тянет меня к перилам. Я спотыкаюсь о пустоту и врезаюсь ему в грудь.
— Если ты хотела стоять так близко, тебе нужно было просто попросить, — шепчет он, притягивая меня к себе.