Автор
Неделя пролетела мимо для Ивы: она почти не покидала свою комнату после трагических событий. Внезапно тетя Аня влетела и остановила машину перед домом, демонстрируя внушительную хрупкость и непревзойденный ум управления эмоциями других. С каждым днем Ива понимала: суждение тети Ани — своего рода огненный шар, готовый разнести мифы и заблуждения на миллионы кусочков в лучах ясности....
Отец резко разворачивается ко мне, и его взгляд бьет наотмашь — в нем столько разочарования, что я чувствую себя полным ничтожеством в этот момент.
— Скажи спасибо, что Ян оказался порядочным мужиком. Иначе бы эта твоя прогулка сильно аукнулась не только мне.
— А мы можем с ним развестись попозже?
— Ива, — предупреждающе цедит папа. — Ты издеваешься?
— Нет, я… Я же не знаю его совсем. Не люблю!
— Любовь? — ухмыляется он. — Поздновато об этом думать, дочка. Ты когда блядовала, про любовь не думала.
— Меня опоили!
— И кто в этом виноват, а? Кто свалил от охраны? Кто забыл про меры предосторожности? — каждое слово попадает в цель.
"— Я мечтала, что у меня будет любимый муж. Хотела, чтобы как у вас с мамой, — шепчу обреченно. — Вы же идеальная пара.
Лицо отца каменеет, и он резко отводит взгляд.
— Поздно дергаться, Ива. Дело сделано. Ты замужем. Изволь соответствовать статусу.
— Что это значит?
— Ян — нормальный мужик. По официальной версии вы скрывали отношения и от большой любви тайно зарегистрировали брак.
— Почему?
— Потому, — припечатывает он. — Хватит задавать идиотские вопросы. Научись, наконец, просто выполнять то, что тебе говорят, раз уж заварила кашу.
— Но это и моя жизнь тоже. Я имею право знать!
— Ты, дочка, имеешь право теперь сидеть дома, улыбаться и всем говорить, как счастлива в браке, уяснила?
Смысла разговаривать с отцом нет.
— Вот и молодец. И не забудь собрать вещи — завтра переедешь к мужу.
Смотрит он при этом предупреждающе, мол, только попробуй снова поспорить. Этот взгляд я знаю как никто. Снова киваю. Все, без вариантов.
Развернувшись, иду на выход, но у двери торможу.
— Пап, скажи — а ты меня все еще любишь?
Он в ответ лишь тяжело вздыхает, а у меня на глаза слезы наворачиваются. Получается, это все? Он не хочет меня видеть? Может, потому и отсылает поскорее к Серебрякову.
Поднимаюсь к себе в комнату и следующие два часа слоняюсь, пытаясь сложить вещи. Поначалу мне казалось, что у меня столько всего, что я хотела бы взять. Но то ли разочарование отца меня добило, то ли я просто слишком вымоталась — в итоге едва ли набирается небольшой чемодан.
На завтраке отца нет — он уже куда-то уехал. И это только подтверждает мои вчерашние догадки.
Он даже не остался, чтоб попрощаться.
