Автор
Неделя пролетела мимо для Ивы: она почти не покидала свою комнату после трагических событий. Внезапно тетя Аня влетела и остановила машину перед домом, демонстрируя внушительную хрупкость и непревзойденный ум управления эмоциями других. С каждым днем Ива понимала: суждение тети Ани — своего рода огненный шар, готовый разнести мифы и заблуждения на миллионы кусочков в лучах ясности....
Я даже замираю, не донеся чашку до стола. Господи, это же было очевидно с самого начала. А я-то, дурочка, даже не подумала об этом!
Меня охватывает такое волнение, что я, напрочь забыв про Макса, бегу к себе в спальню, переодеваюсь и, покидав вещи в сумку, иду одеваться.
— И куда это ты намылилась? — спрашивает тот, выходя в коридор.
— Мне к тете надо срочно.
Парень фыркает и уходит, больше ничего не добавив, за что я ему благодарна. Сейчас все мои мысли сосредоточены на другом. Мне необходимо поговорить с Аней, или я точно что-то натворю.
Это получается, что меня ему действительно навязали!
Стыд-то какой… А я же все это время с ним пыталась…
Из дома выбегаю впопыхах. На ходу вызываю такси — машины мужа на парковке нет. Наверное, не предполагал, что я куда-то захочу поехать.
До дома отца практически долетаем — еще бы, первого января на дорогах пусто.
Охранники отца удивленно смотрят на меня, когда я, выбравшись из такси, прошу открыть мне калитку.
— И папе не говорите, — прошу их. — Сюрприз хочу сделать. Праздничный.
В дом забегаю, уверенная, что сейчас я узнаю правду. Первым делом иду в кабинет. После смерти мамы отец разве что не ночевал там. И я уверена — сейчас, когда уже почти три часа дня, он тоже там.
Дверь, и правда, приоткрыта. Но подходя, я слышу, что отец не один — он с тетей. Торможу, чтобы выдохнуть и немного успокоиться. Но то, что я слышу, вынуждает меня напрочь позабыть, зачем я приехала:
— Зачем ты рассказал Яну про ее проблемы со здоровьем? — ругается тетя.
Слушаю и не понимаю — о чем речь? Какие проблемы со здоровьем?
— Рано или поздно она все равно узнает, — отвечает отец. Слишком равнодушно как-то. Будто речь о какой-то ерунде.
— Лучше поздно! — психует Аня. — Слышишь? Ты хоть знаешь, как это — не иметь возможности родить? Знать, что ты никогда не станешь матерью?
Закрываю рот ладонью, чтобы не выдать себя.
— Не сгущай краски, Анюта. Все не настолько критично. Все с ней будет в порядке.
— Ты просто черствый и бездушный! Это будет ударом, если Ян проговорится. Она же… Ее надо подготовить, объяснить.
— Ну, так займись этим!"
"— Не сейчас. Потом. Ей и так непросто сейчас. А ты еще выболтал секрет этому своему дружку!
— Чего ты от меня хочешь? — все сильнее злится папа. Я по голосу слышу, как он нервничает.
