Автор
В ушах оглушительного грохота молний врывается холодный дождь, проникая сквозь темные тучи над городом. Ленка затаила дыхание, пытаясь прикрыть голову руками от ветра и воды, словно она могла защититься таким образом. Проплывавшие мимо неприветливые облака были наполнены страстной силой бури, не желая уступить место свету и надежде....
Город напоминал Версаль: интриги, страсти, томные взгляды, свидания и поединки наводнили тихие улочки.
Милиционеры, обленившиеся за годы спокойного существования, подтянулись и прекратили спать на дежурствах. Женщины похорошели и расцвели от многочисленных комплиментов. Мужья сходили с ума от ревности. А строители, намаявшись на работе, вечером наряжались в модные брюки-клеш и подметали ими дорожки аллей в поисках хорошеньких девушек. Ленка, как Пенелопа, стойко держалась и все время сидела дома – прочь от соблазнов.
Но один летний вечер перевернул Ленкину жизнь. В субботу в дверь постучались. На пороге стояли разряженные в пух и прах Надька и Нинка. С Надей дружба велась с пеленок. Она, некрасивая, смешная бедовуха, заметно расцвела за последний месяц. Нинка Синельникова, давняя вражина и интриганка, приклеилась недавно – кого им делить теперь? На обеих – умопомрачительные мини-юбки, высоченные каблуки тупоносых туфель и химические завивки.
– Лена, быстро собирайся! – тон Нины не принимал никаких возражений.
– Я жениха с армии жду, нельзя, – пробовала отмахнуться Ленка.
Куда там – Надька с Нинкой накинулись на подружку с возмущенными возгласами:
– Кто тебе мешает ждать своего Сашку? Жди себе, но в люди надо когда-то выходить? Что ты зарылась тут как монашка? – шипела Нина.
– Ага, зарылась как монашка, а я, что, дура последняя, одна на танцы ходить? – вторила ей Надька, будто Нина – пустое место.
Знала, хитрая, что Елене понравится ее неуклюжая лесть, и ревности не будет. Нинка – сама по себе, но Ленка – единственная, закадычная. Верность ей – принципиальна и непоколебима!
Уговорили. Лена быстренько переоделась в белое, в синенький цветочек, платьице с рукавами фонариками, узкое в талии, дерзко открывающее коленки, любимое! Пышные волосы не нуждались в укладке, пара взмахов расческой – и готово.
