Для меня это было дикостью, чем-то противоестественным, неправильным, но я бы не рискнула озвучивать своё мнение.
— Внешне их не отличить от нас с вами, но они другие, — покачал он головой. — Хотите взглянуть?
— Взглянуть?
— На её вторую форму.
— Вдруг ей будет неприятно, что я стану рассматривать её как вещь?
Стало жарко от волнения. Такого предложения я никак не ожидала и боялась сделать что-то не так. Мало ли, оскорблю гладио посла Традана и его по инерции.
— Она отчасти и есть вещь, — пожал он плечами. — Идёмте.
Прервав танец, мужчина взял меня под руку и повёл к Рейн. Карие глаза девушки наполнились колючей настороженностью, когда она поняла, что мы направляемся к ней.
— Будут приказания, мастер? — предположила она и, казалось, ещё сильнее выпрямилась.
— Императрица желает взглянуть на твою настоящую форму, — Бертран вытянул к ней руку.
— Не совсем так, — исправилась я, ведь девушка в этот момент напоминала сжавшегося в углу зверька. — Я читала о гладио, знаю, что вы можете похвастаться не только человеческой формой. И Бертран заверил меня, что вы согласитесь удовлетворить моё любопытство. Я не настаиваю.
— Не переживайте, Виолет, гладио обязаны подчиняться своим мастерам, — Бертран взял Рейн за руку."
"Та мне кивнула и прикрыла глаза. Тело её засияло жемчужно-белым светом, уменьшилось и обратилось тонким длинным мечом в руках Бертрана. Музыка на этом прервалась, все сосредоточили внимание на необычном зрелище.
— Рейн очень красивая, — я аккуратно провела ладонью по лезвию меча.
Показалось, оно потеплело.
— Да, она прекрасна, — подтвердил Бертран, разжимая пальцы на рукояти.
Меч снова засиял и обратился девушкой. На её бескровных губах мелькнула улыбка.
— Но оружие ведьм не менее невероятно, — продолжил он с улыбкой. — Жаль, что ваше племя избегает честных боёв и предпочитает… иные удары.
Сердце сбилось с ритма после его слов. Я совершенно не понимала внезапного перехода.
— Меня растили во дворце и…
— И это не меняет того, что вы ведьма, — он сделал шаг ко мне, понизив голос до шёпота. — Как и того, кто ваша мать и бабка.
— Что?
— Вы же лишились памяти, точно, — улыбнулся он. — Валери Сигаль. Ведь она участвовала в создании стен между нашими странами. Такое сложное колдовство, но она подготовилась всего за пару дней. А теперь её внучка должна стать императрицей Тринаты.
Каждое его слово пробегалось дрожью по телу. Я читала про Валери Сигаль, но не думала, что мы родственники. И что он имеет в виду? Что она знала о желании стран разорвать отношения и самоизолироваться?
— Невероятное зрелище, — возле меня появился Доминик. Его рука легла на мою талию, и стало легче с его поддержкой. — Благодарю, что продемонстрировали искусство Традана моей супруге.