Даже если я обманываюсь по поводу его чувств ко мне, Доминик не позволит навредить его ребёнку.
После завтрака он почти привычно поцеловал меня, погладил мой живот, и мы разошлись каждый по своим делам. Ему предстояло провести экскурсию по городу для гостей из Клоуфаста. На мне оставались дамы. Я решила устроить для них небольшой показ мод. Здесь всё прошло замечательно. А вот на душе по-прежнему было тяжко, потому я отправилась на полигон, чтобы немного пробежаться. Во-первых, хотела избежать слухов о беременности, во-вторых, просто желала проветрить голову.
Напрягаться, само собой, не собиралась, отправилась нарезать круги в медленном темпе. Демоны носились быстрее, временами меня обгоняя. Но вскоре со мной поравнялся Жан. Мы почти не виделись после того столкновения с Домиником. Он лишь раз перехватил меня в коридоре и сообщил, что с Анет всё хорошо, она ушла от отца и теперь прислуживает в доме своего спасителя. И вот мы встретились вновь, что немного напрягало. Во дворце постоянно приходилось оглядываться на других, любое неверное действие порождало массу слухов. Стоит хотя бы вспомнить историю с Леджером…
— Как ваши дела, Виолет? — вежливо поинтересовался он, буквально сканируя меня ртутным взглядом.
— Нет времени на себя. В постоянных делах.
— Как проходят тренировки с супругом?
— Весело, — усмехнулась я.
Вспомнилось, как Доминик погонял меня по залу огненными стрелами. Безвредно, но всё равно обидно получать по заднице. Стрелял он потрясающе, да и мечом владел отлично, особенно на фоне меня.
— Вы счастливы, Виолет? — внезапно спросил он, и глаза мужчины сделались слишком внимательными.
— Да, — выдохнула я словно через силу.
Не ожидала подобного вопроса, потому не смогла убедительно соврать. Мне было хорошо с Домиником, но жизнь в ожидании беды сложно назвать счастливой.
Жан кивнул, словно сделал для себя какие-то выводы, а потом вдруг заявил:
— Ваш запах меняется.
Не успела я ничего ответить, как он ускорился, оставляя меня беззвучно ловить ртом воздух и пытаться взять себя в руки. Похоже, скрыть беременность среди расы нюхачей невозможно.
А на следующий день стало ясным, что спокойные дни во дворце подошли к концу. Жаклис предложила провести занятие. Раз она обратилась ко мне сама, значит, желала поговорить, потому я не стала отказываться.
Сначала всё шло обычно. Она читала лекцию, я записывала, временами уточняла детали и получала развёрнутые ответы. Следом всё изменилось. Жаклис коснулась украшения в виде броши на вороте платья. И нас окружила рябь двух полупрозрачных барьеров. Раньше она использовала одинарный. Странно.
— Что это? — насторожилась я.
— Твой отец желает с тобой поговорить, — она поставила передо мной артефакт связи.