Автор
Горящее пламя бросало мелькание теней на стены. Я лежала на гладкой кожаной постели, прижавшись к мужчине с рогами и золотыми кольцами на голове. Эта невероятная атмосфера исчезающей мечты завораживала меня и приносила удовольствие.
— У тебя кто-нибудь был? Не планируются ли новые династические браки?
— Валери, — рассмеялся он. Максим сразу обратил к лицу отца заинтересованный взгляд. — Я сообщил тебе, что для меня истинность стала безвозвратной.
— То есть ты не пытался?
— Разок попробовал, но другая девушка не то что не вызывала желания, даже раздражала и злила. А ты? Ходила на свидания с сестрой?
— Нет, — фыркнула я. — У меня Максим, лавка, учёба, какие свидания?
— А потом? Если бы я тебя не нашёл?
— Нашёл бы, — качнула я головой. — Максим демон, я бы не смогла его вырастить, собиралась поехать в Тринату.
— Боялась… — кивнул он, посмурнев лицом.
— Ты не ответил по поводу династических браков.
— Ответ тот же, я бы не смог быть с другой женщиной. А даже если бы мог физически, не в состоянии представить ту, что способна затмить тебя, — он чуть прищурил глаза, в их глубине вспыхнуло пламя.
— Притуши обаяние, — буркнула я, закатив глаза в попытке скрыть, как на самом деле на меня подействовали его слова.
"— Я и не начинал, — проурчал он, но улыбнулся уже задорно, принимая моё желание перевести разговор в невинное русло шуток.
Завершив с прогулкой, мы вернулись в мои покои. Доминик остался с сыном, позволяя мне помыться и переодеться перед сном. Следом отлучился к себе, чтобы принять душ. Но вернулся быстро и прилёг на кровать, наблюдать за тем, как Максимилиан сонно тянет молоко. При появлении отца малыш почти мгновенно уснул и отправился в кроватку. К нему тут же прыгнул Ланцелот, теперь ему разрешалось оставаться с нами.
— Ты спрашивала, как прошёл этот год для меня, — укрыв Максима одеялом, он вернулся к моей кровати, присел на её край и подобрался ко мне, нависая сверху. — Это было пыткой, Валери. Меня успокаивало только твоё признание в чувствах ко мне. Я старался верить в то, что ты меня действительно любила и поэтому оставишь нашего ребёнка.
Тёмный взгляд снова обжигал, на этот раз роящимися в нём эмоциями. Я задохнулась под потоком чувств, не зная, что сказать. Ответить откровением на откровение? Промолчать?
— Ты оставила ребёнка, полюбила его. Даёт ли это надежду на то, что твои чувства были правдивы и что не исчезли до сих пор?
— Я о многом врала, Доминик, но не о своих чувствах, — призналась хрипло, ведь обещала, что в наших отношениях больше нет места лжи.
