Автор
В аэропорту супруги встречали неловкий водитель, не умевший справляться с сумкой. Валерий, взвешивая свои чувства между мужем и женою, принял решение - вернуться домой самому. Олег же с готовностью брал на себя таскать чемоданы. Уже дома мужья обсуждали нешуточные перемены в своем браке — как будто новое знакомство омрачило их мирное укладывание, и теперь каждый день приносил с собой новый повод для размышлений....
– Что ты продемонстрируешь – царапины и синяки? Фигня вопрос – постельные игры у нас такие, ведь ты любишь пожёстче, а я, как любящий супруг, всегда выполняю твои пожелания. Тем более, если после всего я продержу тебя взаперти с неделю, то потом ты уже никому не докажешь, что была девственницей, и не давала своего согласия на секс.
- Скотина… Какая же ты скотина! – пробормотала Елизавета.
В её голове калейдоскопом метались мысли, лихорадочно выискивая способ спастись.
Взывать к совести Олега смысла не было – у него окончательно сорвало стоп-кран.
Оставалось одно – она должна заставить Левина играть по её правилам!
Но легко сказать - заставить, а делать-то что?
Кричать? Где гарантия, что соседи не на работе, а дома. И если даже кто-то услышит её вопли, то захочет ли он вмешаться или вызвать полицию? Время сейчас такое, что каждый сам за себя. И мало кому нравится встревать в чужие скандалы: потом сам же и останешься виноватым!
Значит надо привлечь внимание соседей как-то иначе.
«Как?! Думай, Лиза, думай!!!»
- Ну, чего стоим, кого ждём? – лениво произнёс Олег. – Я же всё равно сегодня тебя поимею – смирись! Может быть нам повезёт и ты залетишь с одного раза. Тогда девять месяцев поживёшь королевой и под присмотром, а как родишь, то подпишешь отказную и можешь идти на все четыре стороны.
- Я никогда не откажусь от своего ребёнка, - опрометчиво воскликнула Лиза.
И тут же прикусила язык: «Зачем, дурочка? Не надо его злить ещё больше, пусть лучше думает, что у него всё под контролем, я сломалась. Или вот-вот сдамся…»
- Я решу этот вопрос, - Олег многообещающе улыбнулся и опять приблизился на шаг, оттирая девушку от выхода из комнаты. – Посмотрю, что будет дешевле – признать тебя недееспособной и наркоманкой или организовать пышные похороны по безвременно покинувшей меня любимой жене? Послеродовая депрессия – какая жалость! Такая молодая, жить бы и жить…
Взгляд Лизы заметался по комнате и внезапно наткнулся на массивную, похоже, мраморную пепельницу.
Стекло, жалобно звякнув, просыпалось осколками наружу. Через мгновение с улицы донёсся сначала звук удара, а следом истошный ор автомобильной сигнализации.
- С-сука, ты что наделала!? – взвыл несостоявшийся насильник.
