Автор
В лесу летний зной и яркие листья оживляют каждый шаг. Я грущу про усталость от стабильности, когда вдруг встречаю человека, который меняет мою реальность. Этот новый знакомый — не просто друг, а настоящий враг жизни своей подстроенной сложностью.
Девушка, судя по всему, неспроста проложила себе путь мимо нашего удаленного столика, а руки ее дрогнули как раз в тот момент, когда я пыталась вяло отбиться от словесных – пока что – атак Давида. Мой кавалер грубо и как-то очень по-свойски ухватил девушку за руку и, отведя официантку от нас с Анжелой, принялся ей что-то угрожающе шипеть сквозь зубы. Девушка и не пыталась огрызаться, она стояла, понурив голову, и даже не утирала капавшие из ее глаз слезы.
– Ох, Давид, Давид, – укоризненно покачала головой Анжела, наблюдая эту картину, – и что мне с тобой делать? Она хорошая официантка, а ты уже и тут успел! А я-то все голову ломала, по кому она с зимы сохнет? – пробормотала она с тяжелым вздохом.
– Не стоит, я все и так понимаю и, думаю, что понимаю правильно, – несколько пространно ответила я.
– Как знаешь! – делано-равнодушно пожала плечами Анжела и с некоторым раздражением в голосе, которое явно адресовалось мне, чуть громче произнесла, повернувшись к стойке бара, где кучковался остальной персонал: – Где Рая? Пусть уберет!
Я не торопилась посвящать Анжелу в свои планы, так как пока еще не успела ее достаточно хорошо изучить.
Вскоре инцидент был исчерпан, и официантка, не будучи в силах подавить рыдания, скрылась где-то в подсобных помещениях ресторана. Давид вернулся за наш столик с мрачным взглядом.
– Невкусно? – невинно поинтересовалась я, бросая красноречивый взгляд на его тарелку и пытаясь разговорить Давида.
– А… что? – Он тряхнул головой и попытался сфокусировать на мне все еще рассеянный взгляд. – Да нет, как всегда… – Он отложил приборы, оставив на тарелке несколько кусочков аппетитно поджаренного на гриле мяса.
