Автор
В лесу летний зной и яркие листья оживляют каждый шаг. Я грущу про усталость от стабильности, когда вдруг встречаю человека, который меняет мою реальность. Этот новый знакомый — не просто друг, а настоящий враг жизни своей подстроенной сложностью.
– Не знаю я ничего, отстаньте вы все от меня! – визгливо выкрикнула официантка.
– Не переживай, все хорошо, – Анжела наклонилась и успокаивающе погладила ее по голове. – Я дам тебе свободную неделю, расценивай ее как оплачиваемый отпуск. Отдохнешь, постараешься отвлечься, да тебе и полезно будет его не видеть какое-то время…
«Полезнее будет не мозолить ему глаза, чтобы замять этот неприятный конфликт, да и слышать сплетни за своей спиной – весьма малоприятно», – домыслила я идею Анжелы, в очередной раз поражаясь ее житейской мудрости.
– Ты слышишь меня, ты согласна? – Анжела слегка встряхнула Екатерину за плечи, и та неуверенно кивнула. – Вот и хорошо, договорились. Только, пожалуйста, никому в зале – ни слова о нашем разговоре, хватит и тех сплетен, что уже ходят по ресторану."
"– Я вообще никому ничего никогда не рассказывала и про долг этот только сейчас, впервые… Я все делала, как он просил, почему он так со мной, за что?! – Плечи девушки опять содрогнулись от очередной порции нахлынувших на нее рыданий.
– Просто у него стресс, неприятности, он – восточный мужчина, а они все вспыльчивые, такая уж особенность характера. Тебе надо успокоиться и попытаться его забыть, ты же умница и красавица, ну успокойся, – терпеливо увещевала ее Лютаева. Она уговаривала девушку, как ребенка, и постепенно рыдания Катерины затихли.
Еще какое-то время Анжела продолжала успокаивать девушку, беспрестанно бормоча какие-то избитые фразы, пока Кате не удалось взять себя в руки.
Лютаева влетела в смежную комнату, где находилась я, едва лишь за официанткой закрылась дверь.
– Теперь ты понимаешь, ты слышала! – победно воскликнула она, хотя вид у нее был подавленный. – Не надо связываться с Давидом, он, как ребенок, точнее, как только вступивший во взрослую жизнь подросток, себя ведет… Опять проигрался! – голосом разочаровавшейся в любимом чаде мамаши воскликнула она. – Ну, я ему устрою, он же мне обещал! – пригрозила она кулаком куда-то в сторону окна.
– Не надо, не надо с ним разговаривать. Мы должны сделать вид, что ничего не знаем о его проигрыше! – с нажимом перебила я ее. – Мы не имеем права его спугнуть!
– Но ты… он же за тобой ухлестывает… – не очень к месту привела она свой довод.
– Анжела, поверь, все будет хорошо. Кажется, это я тебя опекаю, а не наоборот? – эти слова я дополнила теплой улыбкой, чтобы сгладить впечатление.
