Лорд Шаридан ди Джинринн пытается сохранить достоинство во время допроса, используя свое вежливое поведение как защиту. Его дворянские корни и умение быть безукоризненно вежливым становятся ключом к выживанию в тюрьме. Интрига разворачивается вокруг его положения и отношений с леди Альгринн.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Фамильное древо» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Лорд Шаридан ди Джинринн пытается сохранить достоинство во время допроса, используя свое вежливое поведение как защиту. Его дворянские корни и умение быть безукоризненно вежливым становятся ключом к выживанию в тюрьме. Интрига разворачивается вокруг его положения и отношений с леди Альгринн.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ахметова Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Лорд Шаридан ди Джинринн пытается сохранить достоинство во время допроса, используя свое вежливое поведение как защиту. Его дворянские корни и умение быть безукоризненно вежливым становятся ключом к выживанию в тюрьме. Интрига разворачивается вокруг его положения и отношений с леди Альгринн.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
При виде меня он машинально сотворил жест Равновесия, явно приняв меня за жрицу, и почтительно поклонился. Пришлось во имя маскировки ответить ему тем же.
- Так и не раскололся, - с тяжелым вздохом признался палач, разглядывая темно-синий подол храмового платья. - Только кричит и матерится беспрерывно. Я его пока оставил в камере, а то, не ровен час, так и окочурится, ничего не сказав.
- Понятно, - деловито кивнул лорд асессор и махнул рукой, уверенно направляясь дальше по коридору. Участок он, похоже, знал как свои пять пальцев, и искать нужную камеру ему не приходилось. - Посмотрим, не пожелает ли господин приобщиться к Равновесной благодати…
На скрип двери “разбойник” едва повернул голову, и в скупом свете желтоватой лампы стало видно, что он не так уж далек от того, чтобы приобщиться к благодати без помощи земных посредников. Палач и впрямь перестарался, пытаясь добиться результата: еще пара часов в таком же режиме - и уморил бы пленника.
“Разбойник”, поняв, что мучитель и не думает возвращаться, быстро потерял к нам интерес и отвернулся, лениво пошевелив прикованной правой рукой. Вторая безвольно висела в браслете, соединенном цепью с кольцом в стене, и, похоже, не двигалась вовсе. Лицо потеряло симметричность, расцвеченное следами свежих побоев, и шрамы выглядели так беспорядочно, будто он по юности высадил стекло рожей. На груди и животе рисунок еще сохранился, а вот по внешней стороне бедер наливались внушительные синяки, разрушающие узор.
Но самым страшным было не это, а отрешенный, безразличный взгляд, устремленный вглубь себя.
“Разбойник” не надеялся на спасение, не надеялся, что удастся сбежать или купить себе свободу, и даже не мечтал о том, чтобы больше не было больно. Он просто стоял, прикованный к стене, голый, избитый, обожженный, со сломанной рукой - и терпеливо ждал, когда же все закончится.
- Хоть бы с дамой поздоровался, - хмыкнул Рино, подцепил ногой стул и привычно хлопнулся на него с размаху, не обращая внимания на пятна на спинке.
На это “разбойник” отреагировал чуть более живо, чем на наше появление - повернулся ко мне и цветисто “поприветствовал” вплоть до седьмого колена. Рино выслушал с интересом, Его Высочество - с привычной вежливо-безразличной гримасой, я - с досадой прикусив губу.
Он нарывался нарочно. В надежде, что кто-нибудь вспылит и наконец-то прикончит. Оттого и переводил с одного лица на другое этот кошмарный, безнадежный, выжидающий взгляд.
Я повернулась к королевскому асессору и активировала сенсоры.
- Рино, он не заговорит.
- Даже с вами? - слегка удивилось начальство.
- Ему без разницы, кто пытается его разговорить. Он себя уже мысленно похоронил и ждет только, когда его убьют. Пожалуй, его даже отпускать бесполезно.
