Автор
В Министерстве магии новый сотрудник, увлекающийся фантастическими зверями и их миром, открывает новую д门 в загадочной природе. Сквозь призму этих невероятных существ вступает в службу Мистер Скамандер, быстро продвигаясь по карьерной лестнице благодаря своему глубокому пониманию магических животных и их домов на Земле....
Кентавры, которых при Малдуне относили к «зверям», а при мадам Клегг причислили к «существам», вообще отказались участвовать, протестуя против несправедливого исключения русалок, неспособных вне воды разговаривать на каком-либо языке, кроме русалочьего.
Только в 1811 году было найдено определение, которое большинство волшебников сочли приемлемым. Гроган Стамп, вновь назначенный министр магии, постановил, что «существо» — это «любое создание, достаточно разумное, чтобы понимать законы магического сообщества и участвовать в создании этих законов»[3].
Естественно, этим дело не кончилось. Все знают о требованиях экстремистов классифицировать маглов как зверей; общеизвестно, что кентавры отказались от статуса «существ» и пожелали остаться «зверями»[4], в то время как оборотни уже много лет занимают промежуточное положение между «зверями» и «существами». На сегодняшний день ими занимается Служба поддержки оборотней при Секторе существ, хотя Канцелярия по регистрации оборотней и Группа отлова оборотней подчиняются Сектору зверей.
В тех случаях, когда по поводу классификации того или иного зверя существуют разногласия, это будет отмечено в комментариях к соответствующей статье.
Обратимся теперь к следующему вопросу, который волшебницы и волшебники чаще всего задают, как только речь заходит о магозоологии: «Почему маглы не замечают магических зверей?»
Что знают маглы о магических зверях
(краткий обзор)
Как это ни удивительно для большинства волшебников, нам не всегда удавалось скрыть от маглов существование магических зверей и чудовищ.
