Она ойкнула и замерла. Я тут же нажал на особую точку за ухом, и она, обмякнув, осела на асфальт. Аккуратно уложив её, я отступил на пару шагов и озабоченно воскликнул:
— Эй, ты чего?! Что с тобой?! Тебе тоже плохо?! Вот блин!
В проёме арки мгновенно показались трое парней, один из которых был мне знаком: он просил прикурить. Они в недоумении уставились на распростёршуюся перед ними девицу.
— Ты что с ней сделал?! — через пару секунд напустился на меня тот, который стоял слева.
Он выглядел покрупнее остальных. Все трое держали руки в карманах курток. Я не сомневался, что у них есть оружие.
— Ничего! А вы кто такие?!
— Сейчас объясним! — главарь шагнул ко мне, доставая из кармана нож.
Лезвие выскользнуло с резким щелчком.
— Отличный материал, хозяин! — одобрил в моей голове Дабуру. — Только мне нужны все четверо!
Всё это пронеслось в мозгу не более, чем за секунду, в течение которой двое других грабителей успели тоже достать ножи.
— Сам отдашь, что есть, или пощекотать тебя?! — грозно вопросил главарь, протягивая ко мне свободную лапищу.
Его глаза округлились, когда увидели нацеленный в лоб пистолет с глушителем. В Японии очень строгий оборот огнестрела. Это не значит, что его нельзя достать. Просто это крайне дорого. К тому же, закон предусматривает строгие наказания для нарушителей. Тем не менее, многие владеют пушками. Особенно якудзы.
— Бросили ножи! — велел я. — Быстро, все трое! И не вздумайте побежать. Пристрелю!
Грабители нехотя выронили пёрышки и, переглядываясь, отступили от них на шаг.
— Да ладно, дружище, ты чего?! — нервно спросит тот, который спрашивал прикурить. — Мы просто подумали, что ты напал на девушку, вот и всё!
— А если и так? Убили бы меня своими ножиками?
— Нет, конечно, братан! — вступил в беседу главарь. — Мы только хотели заставить тебя пойти в полицию. Но видим, что ошиблись. Приносим свои искренние, глубочайшие извинения.
— Извинения приняты, — кивнул я. — В свою очередь, также прошу простить меня.
— Да не за что, братан, конечно!
— Мы не в претензии!
— Вообще всё нормально!
— Рад слышать. Не хотелось бы, чтоб вы держали на меня обиду в следующей жизни.
С этими словами я трижды нажал на спусковой крючок. Стены подворотни озарили три короткие яркие вспышки. Нет нужды описывать страх и удивление, отразившиеся на лицах незадачливых грабителей.
— Ну, что, ты готов их поглотить? — убирая пистолет, спросил я мысленно Дабуру.
— Ещё бы! Мне просто нетерпится! Встань между ними. Да, вот так. Примерно в центре. А теперь — просто расслабься и дай мне немного свободы!
Подворотня постепенно озарилась слегка дрожащим алым светом — словно я оказался в старой фотолаборатории при проявке плёнки. В таком сиянии тела казались чёрными, нарисованными на асфальте.