— Пойду встречу его. Дайте мне пять минут.
— Хорошо. Ваша девушка в порядке. Я вставил ей импланты. Но она пока отходит от наркоза. Лучше ей полежать.
Разумеется, стоматолог пользовался энергией Ци, чтобы проделать подобную операцию. И я не сомневался, что Аяко тоже применит данную технику, чтобы подлечить себя. Она умела заживлять раны — это я прекрасно помнил. В моём мире подобная операция растянулась бы не на один месяц, но здесь условия были другие.
Выйдя на улицу, я свернул в переулок, где стоял байк.
— Пора, — подумал я, обращаясь к Дабуру.
— Сейчас, — отозвался он.
Через минуту рядом со мной стоял молодой человек приятной наружности, как писали классики в моём мире. Широко улыбнувшись, он продемонстрировал беззубые дёсны.
— Выглядишь потрясающе. Красавчик.
Врач быстро осмотрел нового пациента.
— Вы уверены, что хотите эти импланты? — спросил он.
— Да, доктор. Это моя мечта.
Дабуру исчез в кабинете, а мне снова пришлось жадть. Спустя некоторое время ко мне вышла Аяко. Она была слегка бледна.
— Ну, как ты? — спросил я, поднимаясь.
Девушка показала белые аккуратные зубки.
— Класс! — одобрил я. — Так гораздо лучше.
— Ещё бы! Видела твоего паразита. Почему-то я думала, что он будет похож на тебя. Но нет. Это хорошо. А то напрягало бы.
— Дабуру способен принимать вид любого человека, которого поглотил.
— В каком смысле «поглотил»? — нахмурилась Аяко.
Пришлось объяснить.
— Боги, это ужасно! — прошептала девушка, взглянув на дверь кабанета, за которой находился доппельгангер. — И отвратительно! Как ты мог согласиться на это?!
— Так нужно. У нас с Дабуру договор.
— Аяко, те, кого он поглощает, обычно сами напрашиваются на неприятности.
— Всё равно! Неужели ты не понимаешь, как это жутко и… неправильно?
— Что есть, то есть.
— Кенджи, так сейчас там в кабинете я видела внешность кого-то из убитых?
— Не знаю. Дабуру может смешивать черты людей, чтобы получить новую внешность. Чем больше поглощает, тем разнообразнее варианты. Возможно, сейчас он как раз…
— Всё, замолчи! Не могу больше про это слушать! И эта тварь находится в тебе?!
— Часть паразита всегда остаётся со мной. Он как бы разделяется, чтобы материализоваться.
Аяко сморщила носик.
— Мне это не нравится!
— Мне тоже. Но так нужно.
— Надо использовать любую возможность стать сильнее. Только так я получу шанс однажды обрести свободу.
— Почему мы не живём, как обычные люди? У нас могло бы быть всё по-другому.
Я только кивнул. Ответить было нечего. Не говорить же, что нет, не могло, потому что я умер в одном мире и родился в этом, угодив в чужое тело. Так что изначально всё было не так, как у обычных людей.
— Ладно, — сказала вдруг другим тоном девушка. — Что-то я разнюнилась.