Эйко заметила ещё несколько человек, стоявших в разных местах и смотревших в сторону «Хонды». Пальцы они держали на спусковых крючках. Девушка представила, как из-за какой-нибудь нелепой ошибки дула автоматов поднимаются, и машину прошивает рой пуль. По спине пробежал холодок.
Хизеши опустил тонированное стекло.
— Привет, — сказал охранник, заглядывая в салон. Его глаза остановились на Эйко. — С довеском?
Охранник достал из кармана очки с оранжевыми стёклами в тонкой оправе. Надел и внимательно обвёл взглядом всех в салоне.
— Проезжайте, — кивнул он, удовлетворившись осмотром.
Как только он отступил от машины, Хизеши нажал педаль газа, и «Хонда» въехала в тоннель квадратного сечения, вначале довольно резко уходивший вниз. Его освещали плоские лампы, установленные на перекрытиях. Эйко решила, что они оказались в подземном паркинге, но вскоре поняла, что ошиблась: автомобиль ехал медленно, но никуда не сворачивал. Места назначения он ещё явно не достиг.
— Что это охранник на нас в очки глядел? — спросила девушка.
— Это не простые очки, — отозвался Риота. — Это бэнки-химитсу. Показывают, не изменил ли человек облик. Очень полезная, нужная в хозяйстве штука. Изобрёл Тэкуми Окада, ещё лет сто назад.
— Ничего себе! Я о таких и не слышала. А где это мы? Что за катакомбы?
— Остались со времён сёгуната, — ответил Риота. — Мы нашли, откопали, привели в порядок. Теперь пользуемся.
— А что, нам тебя прямо к дому подвозить? — усмехнулся Хизеши.
— Большинство людей так и делает.
— Рад за них. Сердечно.
— Это что, типа конспирация? — усмехнулась, догадавшись, Эйко. — Вместо мешка на голову?
— Она, родимая, — кивнул Риота. — Кстати, зря смеёшься. Думаешь, не было бы причины, стали бы мы бабки в это дело вбухивать?
Бабки, судя по всему, кто-то вбухал немалые.
Наконец, «Хонда» въехала в помещение, напоминавшее большой подземный гараж, и остановилась.
— Приехали, — объявил Хизеши, открывая дверь. — Вылазь.
— Я и не ждала, что ты подашь мне руку, — хмыкнула Эйко.
— Правильно делала, — кивнул амбал.
— Вот-вот, — поддержал его Риота. — Бросай эти аристократические замашки, — прежде, чем вылезти из машины, он достал и закурил сигарету.
— Ну, ты-то явно бросил.
Эйко сделала несколько осторожных шагов, пытаясь понять, окончательно ли прошло действие транквилизатора: свалиться на глазах у спасителей не хотелось. Ноги слушались, голова не кружилась. Девушка удовлетворённо кивнула сама себе.
— Шевелись, — приободрил Риота. — Двум смертям не бывать.
Они направились к железной двери, справа от которой имелся домофон.
Пока Хизеши жал на кнопку, а Риота скучал, засунув руки в карманы и попыхивая сигареткой, Эйко достала мятую тысячу йен и протянула блондину.
— Что это? — не понял тот.