— Кенджи-сан, — проговорила она быстро, коротко поклонившись в знак приветствия, — я хочу предложить тебе свою помощь.
— Какого рода, Рико-сан? — поинтересовался я, застыв с тетрадками в руках.
Как раз собирался убрать их в сумку.
— Ты много пропустил из-за отсутствия. Возможно, тебе нужно подтянуться по некоторым предметам?
— Ты очень добра, Рико-сан, но конспекты, которые ты мне дала, очень помогли. Думаю, я уже сравнялся с группой.
На самом деле, мне помогло ещё и то, что я уже проходил большую часть дисциплин, изучавшихся в менториуме. В прошлой жизни.
К счастью, мне досталось по наследству от Кенджи Исикавы подсознательное знание японского языка. Не думаю, что сумел бы выучить его, если честно. Единственное, как я уж говорил, трудно было поначалу привыкнуть к порядку чтения. Подсознание вступало в конфликт с моим собственным сознанием. Но это прошло давно и быстро.
На личике Рико Гото отразилось разочарование. Она даже нижнюю губку прикусила. И уходить не торопилась.
Взглянув на неё снова, я вдруг понял, что девушка просто ко мне клеилась. Предложение помочь подтянуться по предметам было лишь поводом. Староста хотела встретиться вне менториума.
— Но вообще, — сказал я, засовывая тетради в сумку, — одна дисциплина у меня хромает. Если у тебя найдётся время со мной позаниматься, буду благодарен.
Девушка просияла, но тут же спохватилась и приняла деловой вид.
— Конечно, Кенджи-сан. Какая дисциплина?
— Оказание медицинской помощи.
На самом деле, у меня было всё отлично с той частью, которая касалась бинтовать и тому подобное. А вот с использованием для врачевания Ци дело обстояло хуже. Я-то не с детства этому обучался, в отличие от местных детишек. Вчера я справился неплохо, но на это ушло много времени. Двадцать минут на крыше и почти полчаса дома. Непозволительная роскошь, особенно учитывая, чем я порой занимаюсь.
— С удовольствием помогу тебе, — кивнула Рико Гото. — Когда у тебя будет время?
— Думаю, завтра. Я тебе сразу скажу.
— Хорошо, договорились.
— Спасибо, Рико-сан, — я коротко поклонился. — Ты отличный товарищ.
Девушка тоже быстро поклонилась и сразу отошла. Но я успел заметить, что её покоробило слово «товарищ». Очень хорошо. Теперь ей захочется убедить меня, что мы можем стать друг для друга кем-то большим.
Наша группа отправилась на математику. Затем я сходил в столовую и подкрепился лапшой удон и карааге — обжаренной в масле курицей под пряным соусом.
Как ни странно, Исамы не хватало. Похоже, я успел к нему привыкнуть. А главное — моё беспокойстве о парне никуда не делось. По правде сказать, я уже начал думать, что живым его больше не увижу. Хотя не мог представить, что с ним случилось.