— Но зачастую все это решается между собой, и арбитром в таких случаях выступает кто-то из старших по положению. Острых противоречий внутри Царской партии нет, так как все они лояльны царю и в первую очередь блюдут общие с ним интересы.
— Садитесь, княжич, — ответил он. — Но вы не рассказали самого главного — царская партия — фактически поддерживает диктат царя и всеми силами борется за укрепление его власти. В то же время Княжеская партия ратует за свои права и только свои доходы. Дмитрий Алексеевич правильно сказал, если царская придерживается одной центральной линии, в Княжеской всегда разброд, всяк тянет на себя. Вот, к примеру, когда составлялся закон «О княжествах»…
Он пустился в рассказ, постепенно выкладывая информацию, которая не попадала на страницы учебников. Она не была ни засекречена, ни опровергнута, просто давала более широкое понимание.
Но если свести все к одному выражению, то Княжескую партию можно назвать флюгером. Куда бы ни звала их личная прибыль, туда они и пойдут. Какой-то определенной политической линии у них нет.
— А теперь поговорим о Свободной партии, — объявил Иван Семенович. — Исторически так сложилось, что в нее вошли те представители аристократии, которые остались в нейтралитете при магической аномалии. Собственно, отсюда и их название — они не подчинялись никому, и только поэтому уцелели в свое время. Но что важнее — так это полная анархия внутри этой политической силы. Притом что у них есть определенная общая позиция — сопротивление укреплению монарха — они видят это каждый по-своему, из-за чего нередки конфликты. И это уже серьезное противостояние.
Звонок перебил его. Добронравов взглянул на часы.
— Что ж, продолжим на следующем занятии. А пока у вас есть еще немного времени, если считаете свое эссе слабым, или вообще его не приготовили. Свободны, господа студенты.
Мы покинули кабинет и направились в гардероб всей группой — предстояло занятие по химии, которую впервые перестали переносить, и оно проходило в другом корпусе. А когда мы зашли в кабинет, наполовину заставленный лабораторным оборудованием, внутри нас уже ждала замдекана.
Шафоростова оглядела нас, дождалась, пока мы займем места, после чего вышла из кабинета и вернулась через минуту с азиаткой под руку. Черные волосы собраны в затейливый хвост, в ушах свисают аккуратные сережки, на пальце левой руки — перстень, униформа подчеркивает стройную фигурку изящной статуэтки.
— Господа студенты, — объявила Марина Владимировна, — позвольте представить вам Мэйли Ван, она будет учиться среди вас как одна из студенток по программе обмена между Русским царством и Поднебесной Империей.
Девушка исполнила традиционный поклон и поднялась.