— Только кратко, прошу.
При этом он так взглянул на супругу, что та окончательно сбилась с гнева на смущение. Даже удивительно, что после стольких лет совместной жизни родители не утратили этой взаимной нежности, несмотря ни на какие споры.
— Дети уже все верно сказали, Алексей. Но я добавлю — Измайловы, если мы ввяжемся в это дело, похоронят любые наши надежды на укрепление связей с Демидовыми. Это вызов моему отцу и роду. А ты знаешь, чем кончаются вызовы против Руслана Александровича.
Князь перевел на меня взгляд и, не отпуская руки матушки, заговорил:
— А теперь спросим непосредственного участника событий, — объявил он. — Что ты думаешь по этому поводу, Дмитрий?
Я вздохнул, отодвигая чашку с недопитым кофе. Бессонная ночь, возможно, сказалась на моей мозговой активности. Или дело в самом предложении Татьяны Игоревны, выбившем меня из колеи. Потому что сейчас я уже понимал то, до чего не додумался в столовой.
— Никто не даст Измайловой пустить нас в Красноярск, — сказал я, поднимая взгляд на князя. — Великое княжество — неприкосновенный запас, который был фактически зарезервирован под разрушение монополии Романовых. И впускать туда наш род — все равно что пригласить лису в курятник.
Отец медленно наклонил голову, лицо Ирины Александровны чуть просветлело. Сергей, быстро обдумав мои слова, коротко кивнул, а Ксения кротко улыбнулась. Этот аргумент еще ни разу не прозвучал за столом, но это обязательно должно было быть сказано.
— Нельзя питать иллюзий, — продолжил я, складывая руки на столешнице. — Татьяна Игоревна не дура, однако ей просто не дали вырасти в серьезного противника. Подозреваю, с самого начала великий князь Красноярский рассчитывал, что от дочери придется избавиться, передав ее в другой род, и потому не занимался ей так, как полагается с наследником.
Князь одобрительно кивнул, и жестом предложил мне продолжать.
— И если мы берем в расчет именно такую ситуацию, то выходит, что Измайлов заранее ожидал какого-то подобного выверта от дочери. Другой вопрос, что после стольких лет род великих князей продолжает осваивать царский бюджет и при этом не был пойман за руку. Слова княжны — это одно, но совет клана Рюриковичей без доказательств не примет ее правоты. А доказательств, насколько я понял, пока что даже не существует в природе.
Сергей хмыкнул, и я повернулся к нему с вопросом во взгляде.
— Прости, — поднял он ладонь, — просто я подумал, что доказательства, которые тебе бы передали, ты в любом случае лично проверить не смог бы. А вот подставиться с клеветой у тебя бы получилось — княжич Романовых, обнаглевших от вседозволенности, пытается выдавить великих князей Красноярских ради залежей, к которым его семье иначе доступа не получить.