И если у царя я до сих пор думал, что можно потребовать за услуги, то с дедом все обстояло иначе.
— У него серьезная охрана, — продолжил Руслан Александрович. — И статус дипломата. Последнее не проблема — его снимут, как только я дам команду.
Значит, операция уже санкционирована сверху. Каким бы влиятельным Демидов ни был, решать такие вопросы единолично он не вправе. Если речь о человеке, обладающем дипломатической неприкосновенностью, это епархия великого князя Соколова, как министра иностранных дел, и государя.
— Ты не хочешь лишних жертв, — кивнул я.
Дед бросил на меня взгляд.
— Схватываешь налету, сразу видно, чьей крови в тебе больше, — усмехнулся он. — Так понимаю, с отцом ты уже переговорил? Что сказал князь Романов?
И вот наступил момент, ради которого Алексей Александрович произнес те слова, которые мне передал Степан Витольдович. Игра в родственника, который больше радеет за Дмитрия Алексеевича, похоже, перешла на новый уровень. Ведь теперь Романовы демонстрируют владыке Урала, насколько мне доверяют.
— Что полностью поддержит любое мое решение, — ответил я.
— Это хорошо, конечно, — покивал дед и тут же спросил: — Что ты сам думаешь обо всем этом?
— Думаю, раз у тебя уже есть разрешение провести акцию в столице, — произнес я, глядя на горящие поленья, — это значит, что даже великие князья на нашей стороне в этом вопросе. И, полагаю, раз Соколов дал добро, то и государь для себя все решил.
— Проницательный ты, Дима, — покачал головой Демидов. — А вот дядька твой не сразу догадался. Эх, был бы ты моим сыном, я бы тебе свой род передал!..
Он сжал кулак, на мгновение утратив облик спокойного уставшего старика. Я успел взглянуть на разъяренного медведя, прежде чем тот вернул себе контроль над эмоциями.
— Прости, слишком много всего навалилось в последнее время, уставать стал, да и возраст, — пробормотал Руслан Александрович.
И если бы я его не знал, я бы поверил. А так — очевидно, передо мной только что помахали возможностью принять бразды правления в роду Демидовых. И немудрено — у Кирилла Руслановича одни дочери.
— Быть князем — тяжкий труд, — ответил я, склонив голову. — Если я могу чем-то помочь…
— Тогда давай сначала закончим с этим делом. Вся операция не продлится и двух часов — отнимаем статус дипломата, отряд входит в его резиденцию и выходит целым и невредимым, оставив только распотрошенные обезглавленные трупы. Ты все время находишься рядом, но под пули не лезешь.
— Почему? — удивился я такому решению.
— Ты мой внук, — заявил Демидов. — А Волковы — всего лишь бояре.
— Отряд — это они? — уточнил я.
— Да, Святослав сам поведет своих бойцов, — кивнул Руслан Александрович и тут же прищурился с улыбкой.