До этого я считал, что Михаил II просто мечтает об абсолютной монархии, и потому давит всех своих родичей по одному. Но если все так, как сказал отец, тогда выходит, что часть клана горячо поддерживает монарха, ведь им тоже достается какая-то прибыль от фактического принижения всех великих князей.
Если московская фракция не бунтует, а поддерживает Михаила II, поражение в правах их не касается. Не потому ли, что государь может по своему слову спокойно передавать им власть по наследству, изображая выборы?
— Я думаю, что нам выгоднее будет соблюдать нейтралитет, — наконец, произнес Алексей Александрович. — Не из страха, разумеется, а чтобы не вызвать ни у кого подозрений, что Романовы пытаются под шумок вернуть себе трон. Мы не можем сейчас выступать агрессорами.
Я кивнул, принимая его ответ.
— Но, — продолжил отец, щелчком пальца открывая пачку. — Если возникнет необходимость, мы встанем на сторону Михаила II. Надеюсь, ты с этим согласен?
— Как бы там ни было, а твоя сестра — царица, отец, — произнес я. — И если мы от нее открыто отвернемся, это очень дурно скажется на репутации рода.
— А еще — Кремль защищает нас от того же Красноярска, — добавил я. — Если Милославские лишатся трона, Рюриковичи решат распотрошить нас, прикончив естественных конкурентов в борьбе за престол Русского царства.
— Рад, что ты все это понимаешь, — сказал он. — Подведем итоги: к клубу ветеранов Соколова ты присоединяешься. С великой княжной знакомишься, кто знает, может быть, в конце концов, ее и выберешь себе в невесты. Не самая плохая партия, между прочим.
Я не стал говорить, что предпочту видеть рядом с собой другую девушку. Меня ведь никто не торопит, а завести знакомство с дочерью министра иностранных дел может быть еще и полезно. Дружбу ведь еще никто не отменял.
— Итак, когда ты планируешь полететь на Урал? — сменил тему отец.
Вопрос был важный. Мне не хотелось бросать московские дела, по крайней мере, пока Виктория не начнет активно работать в лаборатории. К тому же мне все еще нужно посещать занятия самому.
Но если я упущу возможность сейчас, кто знает, какие еще новости могут всплыть из недр Уральских гор? Волков доработает свой интерфейс до моего уровня, пока я буду участвовать в подготовке к конкурсу? А то, может быть, уже и сингуляром станет?
Впрочем, это во мне говорит усталость. Важные вопросы решать с разбега нельзя.
— Отец, я бы хотел немного времени, — сказал я. — Ночь не спал, и если честно, полагаю, нам лучше продолжить разговор утром.
Он легко кивнул и улыбнулся.
— Это тебя зовут в гости, Дмитрий, тебе и решать, — ответил он. — Спокойной ночи, сын.
Я поднялся на ноги и кивнул ему.
— Спокойной ночи, отец.
Из княжеского кабинета до своих покоев я добирался без спешки. А внутри никого не застал.