В любом случае моя основная цель — получить флакон для сестры, — закончил я.
— Благодарю, княжич.
Мы еще немного помолчали, и наши машины въехали на территорию Боярского квартала. В домах уже было темно, местами лишь уличные фонари освещали дорогу. Тихая и умиротворенная атмосфера боярских резиденций на фоне шумного приема расслабляла.
Шофер свернул к воротам Морозовых, и створки раскрылись, пропуская нас во внутренний двор. Я дождался, пока автомобиль остановится, и вышел, чтобы выпустить спутницу.
Виктория Львовна приняла мою руку и, выбравшись наружу, улыбнулась. На крыльце ее уже ждал слуга, двери в дом были раскрыты. Настало время прощаться до понедельника.
— Дмитрий Алексеевич, — произнесла девушка, поправив прядь волос и глядя себе под ноги, — спасибо вам.
— Это я должен вас благодарить, Виктория Львовна, — заявил я в ответ. — Этот вечер не был бы таким прекрасным, если бы вы не украшали его своим присутствием.
Она чуть приподняла уголки губ, явно чувствуя себя неловко.
— Я не только про прием, — сказала Морозова. — Вы очень помогли мне. И я вам за это благодарна.
— Как я и говорил ранее, — улыбнулся я девушке, — вы произвели на меня хорошее впечатление, Виктория Львовна.
Ее улыбка стала чуть более чистой.
— Спокойной ночи, княжич, — поклонилась она.
— Доброй ночи, боярышня, — ответил я, целуя ей руку.
Слуга проводил хозяйку внутрь дома, а я сел на свое место и, откинув голову, прикрыл глаза. Ужасно затянувшийся вечер наконец-то закончился, теперь можно заняться действительно важными и полезными делами.
— Виталя, домой, — распорядился я.
Первая половина воскресенья должна была пройти на полигоне. Ефремов вообще бывал там каждый день, а на нашем до сих пор шел ремонт.
Но семейный завтрак с главой рода это не отменяло. Так что, приведя себя в порядок, я направился в столовую.
— Доброе утро, отец.
— Доброе, — отозвался тот, спокойно глядя на сад в окне.
Вид старшего Романова сегодня был немного растрепанный, сказывалась почти бессонная ночь. В отличие от меня, глава рода не сидел без дела и весь прием, а то и после, работал на благо семьи и принадлежащей нам корпорации.
Сев на свое место, я дождался, пока прислуга накроет на стол и, приступив к трапезе, думал о предстоящем первом дне в лаборатории. Отец молча ел и иногда прикладывался к чашке кофе.
— Телефон с собой? — спросил он, взяв свой аппарат в руки.
— Полюбуйся, — усмехнулся тот, пересылая мне статью из новостной ленты.
Я полистал описание приема, гостей, их нарядов. А потом увидел свое фото, где веду под руку Викторию.
«Только ли учеба их объединяет?», — гласила подпись к картинке.
Я хмыкнул, и действительно несколько секунд просто любовался получившимся кадром.