— Когда я забирала у него из кабинета Листика, все было хорошо! И потом, когда я так устала после занятий, что просто уснула…
— Ты спала у него в кабинете?! Одна?! — призрак аж побледнел от какой-то мысли, а затем метнулся к ней и тревожно приложил ладонь ко лбу, к чему-то напряженно прислушиваясь. Затем пристально всмотрелся в ее глаза и наконец облегченно вздохнул. — Нет, он бы не посмел до инициации.
— Марсо, в чем дело?!
Он помолчал, явно не желая обсуждать эту тему, а потом весомо уронил:
— Никогда больше не оставайся с Леграном наедине. Не приближайся к его кабинету и постарайся сделать так, чтобы избежать дополнительных уроков. Что бы ни произошло, как бы ни было тебе неприятно или стыдно, не задерживайся в классе после занятий. Будь очень внимательна, когда он подходит близко. И никогда не заикайся о том, чтобы просить его об ученичестве!
Девушка нахмурилась, но Марсо был серьезен как никогда. И так искренне обеспокоен, что она неохотно кивнула.
— Хорошо, я постараюсь. Но если не он, то мне просто не к кому обратиться: лер Легран — единственный, кто мог бы сравниться с дер Солленом.
— Не единственный. Но ты права — в ученичестве тебе больше никто не подойдет.
— Тогда я больше не хочу тут оставаться, — медленно произнесла Айра. — Я хочу выбраться отсюда. Домой. В Занд… куда угодно, только чтобы больше не встречаться с дер Солленом.
— Это невозможно, девочка моя, — призрак горестно опустил плечи. — Никуда ты отсюда не сбежишь. И учителя тебе никто не заменит — это не просто не принято, а еще и глупо. Никто не станет брать на себя такую ответственность. Никто не поможет тебе избежать внимания Викрана. И никто не позволит вам покинуть академию до окончания срока обучения.
— Семь лет… включая этот.
— Боже, — в каком-то ступоре застыла Айра. — Семь лет рядом с ним. Каждый день. Каждую ночь. И некого будет попросить о помощи, потому что никто не знает, что он делает со мной в этом зале.
У нее просто омертвело все внутри, едва она представила почти бесконечную пропасть дней, из которой уже точно не выберется. Викран дер Соллен замучает ее до смерти. И будет терзать до тех пор, пока не уничтожит полностью… нет, не убьет, конечно, потому что директор не одобрит. Но сделает так, что она сдастся. Рано или поздно все равно сломает, потому что сейчас у нее больше не было уверенности, что она сумеет это выдержать.
— Прости, девочка, что я забрал у тебя даже надежду, — тоскливо повторил Марсо. — Но я ничем не могу вам помочь.
