Тонкий сиреневый разряд сполз вдоль стальных прутьев, отделяющих меня от свободы и, слегка извиваясь, пополз в сторону копа.
Дана поняла, что я задумал и зажала рот ладошкой. Казалось, она готова была вскрикнуть, но в ее глазах я видел восторг. Такое бывает, когда видишь, что кто-то решил устроить шалость и смотришь, как он идет по краю, восхищаясь и удивляясь его озорством и безбашенностью. Сейчас девушка смотрела на мои проделки именно таким взглядом. Я ей улыбнулся и помотал головой. Надеялся, она поймет, что шуметь не стоит.
Разряд был уже совсем близко от полицейского, когда он заметил что-то неладное. Вскочил из-за стола и готов был что-то предпринимать. В этот момент изломанная веточка разряда доползла до его ноги, и коп тут же рухнул на пол, лишившись чувств.
Да, на такой грохот я не рассчитывал. Могут и заподозрить неладное. Стоило поторопиться.
— Он жив? — спросила Дана со своей лавки.
— Конечно, просто уснул и потерял память о последних минутах. Ничего страшного через полчаса проснется.
— Хорошо, — произнесла девушка. — Если бы он умер, я бы решила, что ошиблась в тебе.
— Не знаю, — она как-то игриво пожала плечами и взглянула прямо мне в глаза. В этом взгляде было столько всего, что я на секунду потерял концентрацию. — Посмотрим.
Разряды вдруг стали ветвиться и множиться в какой-то геометрической прогрессии. Молнии расползались по полу во все стороны. Цеплялись за металлические предметы и начинали искрить. Черт! Да что же это такое? Вроде бы мы уже прошли неконтролируемые выбросы, связанные с повышенной концентрацией определенных гормонов в крови.
Я старался успокоиться, как меня учили, но дар не хотел идти под контроль. Дана, видимо, решила, что я делаю это специально, потому что восторга в ее глазах только прибавилось.
— Ух ты! — воскликнула девушка и вновь посмотрела на меня.
Ее грудь высоко вздымалась, норовя выпрыгнуть из расстёгнутого замка на груди. Это мне никак не помогало. Только сильнее распаляло и множило молнии. Теперь они были уже повсюду. Вся комната покрылась сетью тонких разрядов. Все вокруг искрило и сверкало, как на пиротехническом шоу.
Я стоял рядом с выходом из камеры. Мои молнии меня не трогали. Но едва Дана решила опустить ногу на пол, как тут же один из разрядов метнулся к ней. Девушка взвизгнула и рассмеялась, поджав ноги на лавке.
— И как же ты предлагаешь мне пробираться сквозь это? — весело спросила она.
— А вот так! — ответил я, подошел к ней и взял на руки.
Девушка крепко обняла меня за шею и пристально уставилась своими карими глазами. Ее аромат захлестнул меня, вскружил голову. Сладкое и пряное. Молнии стали утолщаться, причиняя все больше и больше непоправимого вреда предметам мебели. Странно, но о копе они словно забыли.