— Госпожа, установили точное десятилетие остановки Гольфстрима, — радостно сообщил подобострастный и замолчал, словно давая прочувствовать весь драматизм сказанного.
Серьезно? Гольфстрим встал? Так вот почему тут такой климат! Теплое течение грело северные воды, не давая им замерзать. А сейчас все иначе!
— Серьезно? — созвучно моим мыслям спросила женщина.
— Да, это случилось больше двух веков назад. В тысяча…
За стеной вагона что-то загремело, словно проехал локомотив по рельсам. Дату я не расслышал. Обидно, но само по себе знание о природе этого мира уже много.
— Что с работами лаборатории по защите? — требовательно спросил голос.
— Работаем, госпожа. Кое-какие успехи имеются.
— Когда увижу опытные образцы?
— Уже совсем скоро, госпожа.
— Разработки по залежам природных ресурсов? Нефть? Газ?
— Ведем, но нам сложно распыляться на столь разные вещи. Нужно бы создать отдельный департамент. Тем более, я знаю, что на юге ведут разработки этой темы.
— Поговорим об этом в следующий раз, — отрезала женщина. — Мне пора.
По деревянному полу застучали каблучки, затем металлический скрежет, лесенку они спускали что ли, и тишина.
— Когда пересадка? — спросил тот, что разговаривал с женщиной, но теперь его голос казался властным.
— Через двадцать минут отправление.
— Забирайте нашего засоню, пора перебираться.
О черт! Это же про меня. Надо торопиться.
Дотянувшись губами до собачки замка, я прижал щекой воротник к полу и потянул. Не вышло. Я коротко отдышался и повторил попытку.
За дверью послышались шаги.
Еще раз! Замок поддался, кристалл упал на пол.
Щелкнул ключ в дверном замке, раз, другой, третий.
Я вытянул шею и схватил кристалл зубами. Аккуратно спрятал его во рту и притворился спящим, слегка приоткрыв один глаз.
Передо мной застыли четыре пары ботинок полувоенного образца.
— Не притворяйся Макар, мы знаем, что ты очнулся, — прозвучал голос с легким акцентом.
Я повернул голову и взглянул на крысоподобного человека. Я вспомнил его сразу. Ого! Не думал, что это окажется он. Надо же, провернуть такую операцию, да еще в чужой стране. Талант! Теперь понятно почему голос был знакомым. Я слышал его в коридоре особняка Смирновой.
Собственно, теперь я был доволен, что меня похитили. С этим товарищем ученым я и сам хотел встретиться. Вот только невозможность пользоваться даром немного смущала. Перчатки эти… словно презерватив надели и вроде есть что-то, а все без толку.
— Ага, смотришь! — воскликнул усатый. — Значит понимаешь, что да как?
Я помотал головой. Говорить я сейчас не мог, но по другой причине. Но изображать немого проще, так что я старался.
— Может оно и к лучшему, что не понимаешь. Кстати, не стоит дергаться и пытаться воспользоваться даром.