Значит, пока меня сюда помещали, все остальные должны были стоять по стойке смирно и не дергаться? Опасаются, что кто-то выскочит через тамбур? Да там дверь такая, что хрен выломаешь. Излишняя предосторожность? Возможно.
Барак был небольшим. Снаружи он мне казался значительно больше. Видимо вдоль внешних стен шли служебные коридоры и комнаты. Основное же помещение для содержания заключенных оказалось около двухсот квадратных метров. Без перегородок. С тремя установленными у короткой стены умывальниками и тремя открытыми же чашами Генуя. Не знаю, как они называются тут, а как у нас я знал. Много лет назад, когда я только начинал свою профессиональную деятельность, мы производили их на заводе. Этакая чугунная чаша, над которой садятся, когда хотят справить нужду. А попросту напольный унитаз.
У противоположной стены стояли нары — двухэтажные, все как полагается. В студенчестве мы такие называли мамонтами. Десять коротких рядов по два мамонта рядом, упирающиеся торцами в стену. Итого, я быстро прикинул, сорок человек, точнее зеков.
По центру комнаты свободная зона. Длинный стол, низкие лавки, все прикручено к полу. Наверняка где-то еще были деревянные игрушки, прибитые гвоздями. Все, как в нашем счастливом детстве. А еще тут отвратительно воняло толчком. Если в помещении и была вентиляция, то она совершенно не справлялась с порученными ей обязанностями.
Я усмехнулся своим мыслям. И здесь мне предстояло знакомиться с новым чудесным миром? Да, не такого я ожидал от попадания в неизвестный мир. Хотелось радостных походов по невообразимо большим городам. Новых впечатлений от неизвестных технологий. Новых раскрепощенных девчонок, что после устаревания пуританской морали сами бы запрыгивали на меня прямо на улице. Ну ладно, пусть не на улице, но все же. А тут, дурацкая снегурка, серые бушлаты, допрос и отвратительный гостиничный комплекс. Где отели в пять звезд? Хотя что уж я так, наверняка, в этом мире есть и они. Вот только до них нужно добраться. А для начала стоило бы выбраться отсюда.
— Чего встал, барака никогда не видел? — раздалось со стороны нар.
Я повернул голову на звук голоса.
Коренастый, невысокий, но с каким-то по-детски наивным лицом. Неужели таким может быть рецидивист? Или это член банды? Какой? Любителей бесплатного проезда на каруселях?
— Чего молчишь? С тобой пахан разговаривает.
Я, конечно, никогда не был на зоне. Но что-то мне подсказывало, что это чучело тут не главный.
