Я на вторых ролях был. Отказался от борьбы и ладно. А Аркадий пытался сопротивляться. Через год он ко мне зашел, предлагал вновь поднять знамя борьбы, но я струсил, честно говоря. Мастерская уже раскачалась. Доход кое какой давала. В общем, жить можно было. Народ потихоньку ко мне потянулся. А тут он. Со старыми идеями. Я отказался, но дал визитку, мол многим тебе обязан, если что будет нужно обращайся, но не с этим. Он ничего не сказал. Взял картонку и ушел. А через неделю газеты написали, что восстание полностью подавлено. Все лидеры убиты, в том числе и Аркадий Семенович. Я газетам поверил. С этим у властителей всегда строго было.
Он вновь замолчал и выпил.
— С тех пор так и занимаешься рисованием? — спросил я.
— Им, ну и байки чиню.
— А что это было перед магазином? И кстати, там тела остались…
— Об этом не беспокойся, все прибрали уже, — Художник на секунду задумался. — А в последнее время молодёжь совсем от рук отбилась. Наслушались сказок про чудика, что аквамарилл у семей ворует и тоже захотели из грязи в князи. Да не тут-то было. Силенок не хватает. Говорят, там князь в противоход пошел, а эти… Как дураками были, так и остались. Нельзя быть мелкими бандитами, если уж идти против власти, так по-крупному, как Аркаша когда-то. Да и то он не сдюжил. А эти решили, что могут брать что хотят и у кого хотят. А я против, чтобы они простых и честных граждан обкрадывали. Говорил им не один раз. Прекратите! Хотите борьбы, так нужна идея, да все без толку. А в последнее время против меня переть стали. Я такого не люблю. Не нравится — вали! А своих позиций и свою мастерскую я никому не отдам.
— Ага, ясно, — сказал я, когда пауза затянулась.
— Да что тебе может быть ясно… — без наезда, но горько произнес Художник. — Сам молодой еще. В этом возрасте только за девками гоняться, да портить их направо-налево. А мозгов-то, по сути, еще и нет. Это я не в обиду тебе. Так, размышляю. Ты-то вроде пацан дельный. Раз дед тебе такое рассказал и обещал помочь связями, то и впрямь в тебе что-то увидел.
— Пора мне, — произнес я, видя, что Художнику уже хочется побыть одному, повспоминать старое, выпить. — Если окажешь мне услугу и заберешь снегоход, то будем считать, что сочлись.
— Сделаю, не переживай.
Я протянул Художнику карточку, затем подумал и прибавил к ней вторую.
— Не спеши. Оставь себе одну. Хотя нет, дай сюда.
Я протянул визитки. Художник взял одну из них, достал ручку из ящика стола и что-то на ней накарябал. Затем протянул мне обратно.
— Вот теперь бери. Обещать ничего не стану, но наше байкерское братство далеко за пределами России бывает. Меня могут знать. Возникнут проблемы, покажешь ее, может помочь.
— Спасибо! — искренне поблагодарил я, встал и собрался уходить.
— Гони сюда байк и подойди к Таське, она распорядится.