Контроль — это уже последний аргумент.
— Хорошо, — сказал я, — давай предположим, я тебе поверил. Что дальше?
— Экспедиции — это сложное и опасное мероприятие. Там может случиться что угодно.
— Именно поэтому никто из них никогда не возвращался? — решил уточнить я.
— Возвращались, — заявил Фон Кляйнен, — но слишком мало.
— Почему об этом не в курсе кто-то еще кроме тебя?
— Все, кто вернулся — невменяемы. Они содержатся в специальных клиниках недалеко от Амстердама. Под моим присмотром.
— И что же такого происходит в этих экспедициях?
Не то, чтобы я ему поверил, но допустил такую возможность.
— Стычки с монстрами. Там, куда мы отправляемся, тварей много больше. Говорят, там многие сходят с ума лишь от одного вида этих тварей.
— Говорят? — удивился я. — Ты сам там был?
— Конечно, нет! — воскликнул Фон Кляйнен. — Я исследователь-теоретик, а не экспериментатор.
— Тогда как ты вообще можешь говорить о происходящем там?
— Я получаю доклады от глав экспедиций. Кроме того, в паре случаев мне удалось получить путевой журнал исследовательского похода. Я изучаю все это очень внимательно. Но записи и показания умалишенных — слабые результаты.
— Я все равно не понимаю, зачем отправлять туда столько народу, если результатов ноль?
— Подручные всегда нужны. Экспедиция — сложное мероприятие. Там много кто должен присутствовать. Все те люди, кто нанимается к нам, готовы работать кем угодно. К тому же, они получают хорошее вознаграждение. В том числе авансом, который могут использовать их семьи, пока их кормильцы находятся в экспедиции.
— В той, откуда никто не возвращается, — уточнил я.
— В этом нет моей вины. Я плачу — люди идут.
— И чего за все эти годы ты узнал? Если данных так мало, то может надо искать другой способ получать знания?
— Узнал я много чего. С точки зрения науки, я смог выяснить огромное количество фактов. Например, что монстры приходят из одной единственной точки. Что эти твари бывают только двух видов конгуры и кусуры. Что каждый раз после экспедиции количество монстров сильно возрастает. А это очень важно для княжеских семей. Им нужно на ком-то растить своих магов. Узнал, что одни одаренные лучше реагируют на кусур, а другие на конгуров. Так появилась необходимость распределить монстров между семьями. Их стали называть тотемными монстрами. Одни семьи убивают одних тварей, другие других. Все в плюсе. Так что, как не посмотри на это, а экспедиции — играют важную роль. И вот теперь, мы подошли к главному вопросу нашей беседы.
— К какому? — спросил я после короткой паузы.
Фон Кляйнен внимательно на меня посмотрел, но так и не сказал ничего.
— В чем моя роль? — наконец поняв к чему он клонит, спросил я.
Фон Кляйнен молчал некоторое время, и я понял, что он раздумывает с чего начать.