Я продолжил крутить головой, но высовываться больше не пытался. Придем на место все рассмотрю.
Шли еще около тридцати минут, когда впереди над головами зеков, замаячили какие-то огромные наслоения льда. Я сначала принял их за гигантские торосы, но быстро сообразил, что все они правильной формы.
Выглядело так, будто один на другой сложили огромные кирпичи изо льда или снега. Многоуровневые террасы с прямыми обрывистыми краями. Особой структуры в этом не было, но рука человека здесь явно чувствовалась. Сначала на земле лежало по одному кирпичу, затем стало попадаться по два-три штуки, нагроможденных друг на друга. Затем целые ряды. Где-то выше, где-то ниже. И уже подойдя вплотную к этим кубикам младенца Гаргантюа, я осознал, что это было такое.
На этом месте когда-то был огромный холм высотой не меньше сотни метров. А потом его планомерно резали и резали. Вырезали, выпиливали ходы, затем шли еще дальше. Получались галереи, и в итоге все это становилось террасой. На этих ледяных кирпичиках суетились люди. В основном в сером. Черные попадались реже, и как правило, ходили взад-вперед наблюдая, как серые работают. Вот наглядный пример угнетения рабочего класса кастой зажравшихся вояк. Нет чтобы помочь ребятам, так нет. Ходят — смотрят.
— Сейчас нас поделят на звенья, — быстро заговорил Олег, и я понял, что он торопится.
Чего же всю дорогу молчал? Мог бы раньше начать говорить. Ну да ладно, сейчас поздно что-то предъявлять.
— Ты в звене с двумя новичками, что перед тобой привезли. Я так понял, вы знакомы.
— Ну еще бы, — усмехнулся я.
— Значит ты идешь к ним, как только прикажут разбиться на звенья. Будь начеку. Они явно неспроста тебя взяли.
— Я и так подстав жду всегда. Не переживай, врасплох не застанут.
— Отлично! Я буду неподалеку, присмотрю, но надейся только на себя. Я могу и отлучиться.
— Почему ты мне помогаешь? И не говори, что я хороший парень. Такое ощущение, что тут что-то личное.
Олег замолчал на полуслове. Облачко пара вырвалось из его рта и исчезло. Следующего не было, словно Олег забыл дышать о чем-то задумавшись. Затем он тяжело вздохнул и ответил:
— На сына моего ты немного похож, — признался он.
— Чем же? — удивленно произнес я.
Олегу было лет на шесть-семь больше, чем мне. Вряд ли он был сильно старше. Не могло быть у него такого взрослого сына.
— Глазами, — коротко ответил Олег и отвернулся.
Что ж, да пофиг.
