Не чистить же память всем, кто нам помогал и видел?
Сборы продлились больше четырех часов. К семи утра мы были готовы выезжать.
Как же проще было бы, будь начальник станции примерный семьянин. Уговорил бы я его помочь, заплатил денег и на сборы, и за хлопоты. Все. Все довольны, никто никого не подставляет. Но нет же. Он оказался мерзавцем. Ладно, сильно расстраиваться из-за него я не собирался.
Едва все распоряжения были отданы, я подошел попрощаться с начальником станции. Слов особо не было, а вырубать его не хотелось. Я решил провернуть тот фокус, что мне как-то удался с подменой памяти. На все про все потребовалось пара минут. Теперь местный воротила считал, что помог серьезному авторитету с севера отправится в столицу, по личному приглашению Ольги Смирновой. Якобы для знакомства с новой главой семьи. Не знаю, насколько долго продержится эта легенда, но на первых порах сойдет.
Локомотив просигналил и состав тронулся. На ближайшие километры нам был обеспечен зеленый коридор. Все что относилось к архангельскому участку ЖД мы должны были проехать быстро и без остановок.
Я не пошел спать. Состояние было не то. Мозг требовал размышлений или хотя бы пищи. Решив, что вагон-ресторан будет отличным вариантом моего размещения, я отправился туда и занял столик.
Ко мне тут же подошла заспанная официантка. Судя по всему, девушку разбудили и выдернули из дома на работу. Она слабо соображала, что происходит, но мило улыбалась и профессионально строила глазки.
Я попросил принести мне кофе.
— Хотите газету к кофе? — спросила девушка.
Почувствовав себя не то графом, не то настоящим князем, путешествующим в дорогом СВ, я кивнул, принимая предложение.
Через пару минут мне подали крошечную белую чашечку эспрессо, хрустальный стакан с водой и две газеты.
— Простите, у нас только вчерашние, — извинилась девушка, очень мило изобразив раскаяние.
— Ничего, — снисходительно ответил я, не выходя из образа.
Девушка удалилась, а я принялся за кофе и изучение газет.
Как человек давненько не читавший прессы, я раскрыл газету на середине.
«Очередная колония перешла на независимое существование», «Заключенные, по примеру князя Сибирского, объявили независимость» — гласили заголовки.
Я улыбнулся. Пусть это и не совсем моя заслуга, но было приятно. Я не стал читать эти статьи, а просто пробежал глазами остальные названия. Ничего интересного. Я свернул газету, так что бы видеть первую полосу и замер, прочитав написанное крупным шрифтом.
«Сегодня в столице введено военное положение. Власти не сообщают о случившемся».
Черт! Что еще за военное положение? Зачем?
Я перерыл всю газету от первой полосы до последней, выискивая хоть какие-то намеки, догадки, предположения. Но ничего не нашел.
Кофе остыл, я не сделал и глотка.