— Зашибем еще случайно!
Это было конечно очень мило. Обо мне беспокоились. Не хотели навредить случайному человеку. Вот только я не такой уж и случайный, а навредить мне еще надо постараться. Уверен, этим точно не удастся.
— Эй! Свали оттуда, если не хочешь схлопотать разряд в голову!
Это уже военные, что придвинулись ко мне еще на несколько шагов. Ага и эти беспокоятся. Хотя, им-то зачем?
— Последнее предупреждение! — крикнули со стороны вояк.
Я не двинулся с места. Какого хрена иначе я бы выскакивал?
Первый же выстрел в меня, я поймал, развернул импульс и сжег винтовку стрелка, точно также, как сделал это в особняке Днаны — быстро и эффектно. Военные замерли. Точнее, они просто не стали подходить ближе, оценив мой настрой.
Первый ряд военных присел на одно колено. Поверх их голов, между высоких щитов, которыми они закрывались от летящих бутылок с горючей смесью, просунулись ребристые стволы винтовок.
Я не стал ждать пока в меня полетят молнии. Собрал разряды в кулак, усилил ветвление, закрутил рулоном и погнал этот вал сиреневого света вперед, прямиком на вояк.
Молнии затрещали, образовав бешено вращающуюся жатку комбайна и хаотично выбрасывая разряды в стороны, и понеслись на цепь противника.
Не знаю как там вояки, но кто угодно дрогнул бы от такого зрелища. Я сам не ожидал, что выйдет так эффектно.
За спиной раздались нестройные выкрики. Я не разобрал, что кричали, но точно не «спасайся кто может!» Треск моей жатки заглушал все вокруг.
Навстречу валу крутящихся молний засверкали одиночные вспышки выстрелов. Через мгновение стреляли уже изо всех стволов. Те разряды, что попадали во вращающееся нечто там и терялись, словно застревая, закручиваясь, добавляя сиреневой массы и так набравшей обороты жатке. Те же, что летели в меня, я успешно перехватывал и поглощал. Не знаю, как это смотрелось со стороны, но я чувствовал эмоциональный и энергетический подъем. Пожалуй, я бы подзарядился еще. Не замечал такого за собой до этого. Мой уровень владения даром явно сильно прогрессировал.
Вал докатился до первых рядов и смял их в одно мгновение. Противников подбрасывало в воздух, откидывало и припечатывало к стенам домов. Ряды военных дрогнули, разом смешавшись. Уже было не понятно кто и куда палит. Крики приобрели панические нотки. В меня уже не стреляли. Кто-то пытался бежать и его догоняли выстрелы из-за моей спины. Сопротивленцы просекли, что происходит и стали помогать.
Я видел, как в воздухе пронеслось несколько подожженных бутылок и упав они залили дорогу жидким огнем. Завоняло каким-то маслом и гарью. На кого-то перекинулось пламя, и он заметался, взвыв, бросился бежать прямиком сквозь ряды своих, поджигая вокруг себя все, что могло гореть.