Искры с пальцев, сыплются вниз. Жмурюсь, но тяну руки ко все удаляющейся от меня Олесе и снова удар. Теперь сильнее.
От такого непотребства я проснулся.
Транспорт не двигался. Гул приводов был едва слышан. Надо мной склонилась Олеся и занесла руку для нового удара. Я не сразу сообразил, что это не сон, а княжна полностью одета и смотрит на меня с испугом.
Как во сне я поднял руку и с пальцев посыпались искры. Олег тут же схватил меня за запястье и стал удерживать.
— Что за хрень!? — возмутился я привставая.
— Это ты нам ответь, — гневно произнесла девушка. Теперь в ее глазах испуг сменился негодованием. — Ты уснул и начал искрить. Того и гляди испепелишь тут все. Да еще и просыпаться не хотел. Я тебя по щекам бью, а ты ко мне приставать пытаешься.
Я глянул на Олега, тот едва заметно ухмыльнулся и посмотрел в сторону. Я перевел взгляд на Олесю и заметил черные подпалины на шубке в районе груди, понял, как все это выглядело и улыбнулся.
— На первый раз тебя прощаю, но, если еще раз решишь меня ударить будут последствия.
— Ой, напугал! — картинно ответила княжна, но дальше лезть в контру не стала.
Я видел, что она была напугана, когда проснулся и не стал давить. Наверное, страшно оказаться в металлической консервной банке рядом с искрящейся молнией. Тут не до хорошего.
— Спасибо, что разбудила, — примирительно произнес я.
Компромисс — дело обоюдное, но кто-то должен стать первым.
— Разобрались? — спросил Олег.
— Кажется да, — ответил я.
— Тогда, двигаем дальше. Я за руль, а вы тут сами все обсудите.
— Чего тут обсуждать-то? Сон приснился.
— Ну, я человек консервативный, — с легким намеком на шутку начал Олег. — Девушку ты обесчестил, теперь обязан на ней жениться.
— Чего? — не понял я.
— За грудь хватал? Хватал. Под шубу руки совал? Совал. В моем понимании — достаточно. А она княжна. У них с этим еще строже.
Я смотрел на Олега и не мог понять шутит он или нет. Видимо, окончательно еще не проснулся. Олег долго не выдержал и заржал.
— Все! Я больше не могу говорить об этом серьезно, — сквозь смех проговорил он. — Но вы все равно разберитесь, — он сделал упор на последнем слове и как-то странно взглянул на девушку. — Между вами чувствуется напряжение и это видно по тому, что ты искришь. Все. Отвлекать не стану.
Олег что-то нажал на пульте, и черная непрозрачная стенка отделила пассажирскую часть от водителя, а окна стали темными. Вот это вездеход! Интересное решение. Немного подумав, я понял, что это всего лишь защита пассажиров от яркого блеска снега, искрящегося на солнце. Полярники носят специальные очки с темными линзами, чтобы не повредить глаза.
Я перевел взгляд на Олесю. Девушка сделалась какой-то притихшей.