Мой учитель, что стабилизировал дар, был холодным расчетливым мужланом. Чистый расчет для сброса напряжения и создания контроля.
— А еще кто-то кроме него у тебя был? — я задал этот вопрос понимая, что как-то выбиваюсь из образа брутального мачо.
Если уж на то пошло, мне это было не так важно, но что-то внутри меня требовало знать ответ на этот вопрос.
— Нет, — тихо ответила девушка. — Это не приветствуется в обществе.
— Тогда зачем ты говорила мне все то, что было на счет бабки и прочего?
— Тебя ведь это заводило? — вопросом на вопрос ответила девушка.
Но я понял, что заводило это не только меня, но и ее саму. Вот так-то. Странный мир — странные нравы.
Я протянул руку и привлек Олесю к себе.
— Больше не делай так. Если решишь заняться со мной сексом, то только потому что хочешь этого. Никакой стабилизации. Я сам справлюсь с этим! Хорошо?
— Хорошо, — тихо произнесла девушка.
Она посидела с минуту неподвижно, а потом протянула ко мне руку и сунула ее в ширинку. Пуговиц там не было, и она легко смогла дотянутся до чего хотела.
— Если ты не станешь больше со мной спать ради стабилизации, то можем мы поворотить то, что было на снегоходе?
Олеся умоляюще на меня посмотрела. В ее глазах вновь плясали чертята. Да ё-моё, женщина, сколько в тебе нерастраченной энергии? Хотя, если учесть, что стабилизация у девочек край в четырнадцать лет, а сейчас ей на вид лет восемнадцать-девятнадцать, то чего стоило ожидать?
Я старался не реагировать, на ласки, но чувствовал, что молодой организм вновь готов. Посмотрел на девушку. Она была не просто готова. На этот раз она серьезно хотела этого. И я понял, что теперь это не просто необходимость, дабы не оказаться поджаренной, когда я буду спать, а ее настоящее желание. И оно накрыло ее с головой. Да так, что на этот раз обещало быть еще горячее.
Я откинулся на кресле, позволив Олесе помочь мне раздеться. Но едва ее дрожащие от страсти руки коснулись штанов, как мир вокруг нас пошатнулся и бросил вскрикнувшую от неожиданности девушку на меня, и уже нас двоих больно впечатал в стенку салона. Вектор гравитации сменился и силой тяжести меня вдавило в затемненное окно.
Олеся вяло пошевелилась, пытаясь сползти с меня и принять вертикальное положение. Закрепленные на полу вездехода кресла, сейчас торчащие сбоку, не давали ей пространства для маневра. Пришлось немного помочь ей.
Мозг никак не хотел воспринимать новую конфигурацию пространства, как единственно возможную. Пытался подсунуть старый вариант расположения салона отчего, даже встав на ноги и протиснувшись между бывшим потолком и спинками кресел, хотелось повернуться на бок.
Места оказалось на удивление много, особенно, когда немного привыкнешь.