Маша проводила с балкона печальным взглядом карету с друзьями и хотела было сесть в кресло:
— Осторожнее, — послышался возмущённый крик кота.
Пока Маша, оперевшись о перила, провожала девчонок, её место успел занять Баюн. Она улыбнулась и с трудом добралась до соседнего кресла.
— Ну что, остались опять вдвоём, — ей нравился Баюн, очень интересный кот, сам себе на уме, но когда он нужен, всегда крутился где-то поблизости.
— Втроём, если быть точнее. Забыла?
— Нет, забудешь тут, как же.
Вчерашнее признание не давало ей покоя, весь вечер она вспоминала его слова.
— А ты долго молчать собралась?
— Не знаю, — призналась Русалка.
Её мучила мысль, что рано или поздно они вернутся в свой мир, остаться здесь она точно не сможет. Там дома у неё мама, она должна вернуться. А Владыка останется тут.
— А ты возьми и узнай, — промурлыкал Баюн и отвернулся, потеряв к ней интерес.
Вечером перед сном зашёл Владыка. После их разговора он словно избегал общения, давая Маше время подумать, побыть наедине с собой. Он уже покинул комнату, как Маша тихо шепнула ему вслед:
— Я тоже тебя люблю. Очень. Но так много «но», что я, наверное, никогда не скажу тебе об этом.
Солнце уже скрылось за горизонтом, когда мы вошли в село. Серый остался нас ждать на краю леса. Слишком огромен был зверь и мог вызвать много вопросов и страха у местных. Вопреки ожиданиям, на улицах не было пустынно, у одного из домов в самом центре собралась большая толпа. Мужики громко обсуждали планы поиска, но, завидев подозрительную компанию, тут же умолкли. От них отделились трое и направились в нашу сторону.
— Надо же, и староста тут, — задумчиво произнёс Кощей, — Не иначе как чудо-птицу искать собрались.
— Доброго здоровьица! — почтительно склонили головы подошедшие к нам мужчины, — Неужто за новой девицей пожаловали?
— Здорова, Гордей, коли не шутишь, — поприветствовал их Кощей, — Дела появились, неотложные. Проездом мы, — обвёл он рукой всю нашу компанию, — А у тебя что за поиски, пропал кто? — кивнул на мужиков.
— Да, мальчонки с вечера в лесу заплутали, — соврал староста.
Кощей хмыкнул, но промолчал. Ещё по дороге мы сговорились про Милу ни слова. За неё такая награда обещана, что крестьяне нам даже если что и знают, то не скажут. На месте разберёмся, что к чему. Как выразилась Вася — действуем по обстановке. Так же нам было сказано, что нечисть местные уважают и побаиваются. Поэтому нас никто не тронет, но и излишней откровенности ждать не стоит. Половина женщин и так бегали к Яге за разного рода помощью: кому соперницу устранить, кому мужа гулящего от похода налево отвадить, а кому-то мужскую силу вернуть. Поэтому её появлению мало кто будет рад, слишком многое ей известно.