Спустившись к завтраку, я обнаружила ещё гостей. Вчерашний староста сидел рядом с Кощеем, по другую руку от него молодая девушка. В общем, незнакомку можно было назвать красивой: толстая коса каштановых волос перекинута на плечо, ярко-алая лента, повязанная вокруг головы, карие глаза в обрамлении густых ресниц, пухлые губы. Вот только взгляд — холодный, цепкий и какой-то злой — сразу мне не понравился.
— Доброе утро, — поприветствовала я собравшихся.
— Ой, Яга, садись, — сразу захлопотала Мира, — А мы вот с Василисой оладушков напекли.
Подруга уже вовсю завтракала, макая в мёд небольшие оладьи, и при виде меня кивнула в приветствии.
— Это моя дочь, Марьяна, — представил девушку староста, — Дело у нас к тебе, Яга, не откажи, выслушай.
— Слушаю, — меньше всего мне хотелось помогать ей, но ничего не поделаешь — должность такая.
— Можно не при всех? — потупилась девица, — Это личное.
— Понятно, — вздохнула я поднимаясь из-за стола, — Пойдём на улицу, — махнула головой девице.
— Я тебе оладушек отложу, — пообещала Вася, — А то ишь, налетели, все съедят.
Мы вышли на улицу и, не спеша, двинулись вдоль дома.
— Что за дело у тебя?
Марьяна немного помялась, не решаясь:
— Мне бы зелье приворотное.
Я удивлённо посмотрела на неё. Красивая девица, нет, вот вправду красивая. Стройная, отец не простой крестьянин — староста, уважаемый человек. Завидная ведь невеста и туда же — зелье подавай.
— Жених мой ко мне остыл, — видя мой изумлённый взгляд, пояснила она, — Видать, появился кто. А я не могу без него, люб он мне сильно.
— Рада бы, но всё в избе осталось. Дела свои закончу здесь, и приходи ко мне, посмотрим, чем смогу помочь, — завела я свою шарманку.
Девица кивнула, принимая ответ. Мы успели выйти на широкую улицу, на селе, несмотря на ранее утро, вовсю кипела жизнь. Возвращались мужики с покоса, куда-то проезжали телеги, запряжённые измученными лошадёнками. Шли бабы работать на поля, вдалеке у опушки леса виднелось стадо коров с пастухом. Навстречу нам шёл молодой парень. Завидев его, у Марьяны засветились глаза от счастья.
— Добрыня! — кинулась она к нему.
Он поднял голову, услышав своё имя, и досадливо поморщился, увидев девушку.
— Здравствуй, Марьяна.
— Добрынюшка, как я рада встрече. Совсем забыл про меня, не заходишь. Сестра твоя меня на порог не пускает, — стрекотала девица.
— Не досуг мне сейчас, — обречённо вздохнул Добрыня, — Дома отец дожидается, я вот только из кузницы возвращаюсь.
— Совсем себя не бережёшь, ночи напролёт работаешь. Я бы могла тебе с отцом помогать.
— Благодарю, мы с сестрицей справляемся.
— А это что? — ткнула пальцем Марьяна во что-то куполообразное, накрытое толстым пледом.
— Дарине подарок готовлю, не хочу чтобы видел кто.