Подарок? Но чей? Алекса последние дни не было рядом. Вопросов становится только больше. И вообще, мы пришли помогать девчонкам, а одну так и не нашли, где её искать? Да ещё и Вельма девой золотой оказалась, придётся мир спасать. А может, ну его - это всё? Вернёмся домой», - смалодушничала я. Домой. Перед глазами сразу возник замок Кощея. «А там ли мой дом-то? Как быть с бессмертием некоторых?» - я опять погрузилась в эти невесёлые мысли.
Джалия удивлённо смотрела, как горько плачет Мила в объятиях Шахрият. Как вздрагивают её хрупкие плечи, как что-то шепчет ей на ухо матушка, поглаживает по спине, успокаивая. Полгода назад она сама точно так же ревела, а Шахрият старалась ей помочь. И если бы не матушка, то кто его знает, что стало бы с ней сейчас? Наконец, последний раз всхлипнув, Мила отодвинулась от старухи:
- Ты права, права во всём. Спасибо, что не дала наговорить мне ещё больше глупостей.
- Милая, - покачала Шахрият головой, - Ты и так достаточно наговорила. Я не думаю, что твои подруги со зла скрывают от тебя что-то. Скорее, просто не хотят тебя расстраивать.
В душе Мила всё понимала. Будь она на их месте, то поступила бы так же. Зря она нагрубила, Алёну расстроила зря. «Кто меня за язык тянул, - ругала она себя, - Надо попросить прощения».
- Я пойду и извинюсь, - вскочила Мила с места.
Извиниться - что может быть проще и сложнее одновременно? Признать, что был неправ. Именно этого не сделал никто из трёх подруг - ни Вероника, ни Кристина, ни Анфиса. Джалия смотрела на Милу, на её переживания, а думала о своих девчонках. Наверное, это и есть настоящая дружба - суметь вовремя признать свои ошибки, найти силы сказать «прости». Всегда быть рядом, прийти на помощь в трудный момент. Она поднялась одновременно с Милой.
- Матушка, я тоже хочу извиниться перед Анфисой, - ей вдруг показалось, что их дружбу можно вернуть, воскресить, стоит только поговорить, объяснить и извиниться.
- Поговорить вам точно не помешает, - одобрила Шахрият, - Я пойду с тобой, - она уже накинула платок на голову и собралась идти, как её остановила Мила.
- Нет, дай им поговорить наедине, - Шахрият вопросительно посмотрела на свою названую дочь, и та кивнула.
- Я сама. Всё будет хорошо, не волнуйся. Идём? - позвала она Милу.
- Идём, - ответила та.
В полнейшем молчании они шли вперёд. Каждая думала о своём. Вероника была удивлена - как так можно дружить? После ссоры с Кристиной и Анфисой она вообще сомневалась в том, что женская дружба существует. Но глядя на Милу с подругами всё больше убеждалась, что она неправа. А ещё она осознала, как сильно скучала по своим подругам, что ей их очень не хватает. «Нам надо помириться! - эта мысль прочно засела в голове, - И надо отыскать Кристинку. А вдруг с ней случилась беда? - испугалась Вероника, - Целых полгода потеряно.