Её образ окутало лёгкой дымкой — и вот на её месте уже стоит Варюша.
Икрам не мог поверить своим глазам. Он чётко помнил, что Варя шагнула в портал, но вот же она сейчас перед ним, держит его за руку и улыбается. Такая нежная, любимая, желанная. «Наверное, я сплю, — подумал мужчина, — Но тогда это самый прекрасный сон из всех, что я видел».
— Виара, — шепнули губы прежде, чем он ощутил её поцелуй, и нежные руки обвили его за шею, притягивая ближе.
— Люблю, — еле слышное признание, от которого у Икрама голова пошла кругом.
Он подхватил девушку на руки и быстрым шагом направился в спальню. Если это сон, то пусть он никогда не кончается…
Проснувшись с первыми лучами солнца, Жасмин ни о чём не жалела. Пусть он никогда не будет принадлежать ей, но она теперь знает, каково это — быть счастливой. Едва коснувшись, она провела по небритой щеке ладонью, вызывая улыбку у спящего мужчины. Дотронулась губами щеки и, подхватив свою одежду, покинула его спальню. Уже стоя почти на пороге, Жасмин оглянулась и, повинуясь какому-то необъяснимому порыву, ухватила со столика небольшой кинжал с золочёной ручкой и тёмно-синими камнями на рукояти. На память об этой ночи.
Маша раскрыла глаза с первыми лучами утреннего солнца, с удовольствием потянулась на огромной кровати и повернулась к Дамиру. Вчера вечером местный лекарь выдал настойку, пообещав, что та поставит его на ноги. Вот только пару дней он пробудет в бессознательном состоянии. Спокойное дыхание, нормальный цвет лица, затягивающаяся рана — говорили о том, что скоро всё будет хорошо, надо лишь подождать. Маша с нежностью провела по его небритой щеке ладонью, коснулась губами кончика носа.
— Поправляйся, любимый. Ты очень нужен мне, — прошептала она, а затем принялась одеваться.
После вчерашнего ливня, бушевавшего почти всю ночь, на улице было свежо, и девушке захотелось немного пройтись перед завтраком. Пусть в город ей выход закрыт, но вокруг замка есть красивые места: один только парк чего стоит. Вот туда-то она и собралась.
Пока Маша шла по коридорам и лестницам замка, ей не встретилась ни одна живая душа, что очень порадовало. Совершенно не хотелось наткнуться на джиннов. Шагнув за порог, она замерла на верхней ступени лестницы и сощурила глаза от яркого солнца. Кхары так и не сдвинулись со своих мест, послушно ожидая новой команды.
— Уходите домой, — приказала Маша, и пауки медленно потянулись к воротам, направляясь в неизвестном ей направлении, — Так-то лучше, — пробормотала она под нос, — Не будут горожан пугать.
Девушка, зажмурившись, с наслаждением вдохнула свежий воздух, который после грозы стал как будто чище, легче, и слух тут же уловил тихий плач. Маша удивлённо открыла глаза и повернулась в ту сторону, откуда слышались всхлипы.